Священная миссия, или как ощипать падшего ангела. Главы 15-16

12 октября 2015 - Мария Валивахина

Глава 15. Ну здравствуй, вестник
За каждый светлый день иль сладкое мгновенье
слезами и тоской заплатишь ты судьбе.
Михаил Юрьевич Лермонтов


Макс осмотрелся вокруг, также без интереса, как и в прошлый раз. Его взгляд безразлично скользил по окружающему хаосу, пока не наткнулся на девушку, лежащую чуть в стороне от остальных. Он подошел к ней, склонился и, признав в ней свою драгоценную Алекс, с облегчением вздохнул. Неожиданно кто-то позади окликнул его по имени. Он обернулся и увидел приближающегося молодого человека, на лице которого читалось откровенное изумление.
— Макс? — Микки не мог поверить своим глазам. — Ну, наконец-то!
— Здоро́во! — поприветствовал его трибун, улыбнувшись.
— Здоро́во! Рад тебя видеть!
Давние друзья, крепко пожав друг другу руки, обнялись. После чего Макс озадаченно спросил:
— А где все остальные?
— Один момент, — Микки, сунув в рот два пальца, громко свистнул, — сейчас явятся.
Через несколько секунд донесся шум крыльев, который быстро нарастал, становился громче и ближе. Со всех сторон один за другим начали появляться целеры.
Как только все собрались, трибун громко объявил, призывая собравшихся к тишине:
— Минутку внимания, пожалуйста!
Однако целеры, не видевшиеся много лет, не хотели успокаиваться, и Микки, негодуя, гаркнул что есть мочи:
— А ну, заткнулись быстро!
Неожиданно для него самого, разом смолкли все разговоры.
— У нас всего полчаса, — быстро сказал он, — после чего наступит время поглотителей. Не думаю, что вы горите желанием тратить на них силы, так что потом наговоритесь.
Макс, благодарно кивнув ему, обратился к присутствующим:
— Нашей главной и единственной задачей является уничтожение господства Ви. Предполагаю, что нашего появления никто не ожидает, но будьте предельно осторожны. Не забывайте, что она крайне опасна. Надеюсь, никому не надо напоминать, что произошло в Портленде?
Раздался приглушенный ропот:
— Как такое забудешь!
— Нет, не надо.
— Как же, помним, помним.
— Далее, — Макс подождал, пока все смолкнут, и продолжил, — если на пути к ее покоям появится кто-то, кто захочет нам помешать, выводим из строя и продвигаемся дальше. Если кого-то ранят – первое, что надо сделать, это затребовать подмогу. Мне мертвые герои не нужны! Я доходчиво объяснил?
Целеры кивнули.
— И, пожалуйста, постарайтесь по мере возможности, чтобы никто, кроме Ви, не пострадал. Даже ее личная охрана – не повод для стрельбы на поражение, если, конечно, не оказывает сопротивления, — внимательно заглянув в их лица, трибун спросил. — Вопросы есть?
Вопросов не оказалось. Макс развернулся, наклонился к девушке, лежащей на полу, и бережно поцеловал ее. Разогнувшись, он обратился к другу:
— Микки, ты останешься здесь. Знаю, что это нечестно, но никому, кроме тебя, я не могу доверить ее безопасность.
— Все нормально, — уверил его Микки. — Я понимаю.
— Храни ее, как зеницу ока.
— Не волнуйся, сделаю в лучшем виде.
— Ну… — трибун напряженно вздохнул, — пора выдвигаться.

Двери обители господств распахивались одна за другой. Целеры заглядывали на миг внутрь и, никого не обнаружив, быстро, не задерживаясь, продвигались вперед, все ближе и ближе к цели. За короткое время они беспрепятственно умудрились миновать множество ярусов и переходов, так и не встретив на своем пути ни одного ангела, и вдруг Макс подал знак остановиться. Двери покоев господства Ви были совсем рядом, в пятидесяти ярдах. Приготовившись к бою с ее личной охраной, он осторожно заглянул за угол, за которым тянулся очередной длинный проход с каменными колоннами, залитый тусклым серебристым светом. Каково же было его удивление, когда в нем никого не оказалось. Вообще никого!
— Чисто?
Макс промолчал. Власти Гидеон, самый молодой целер его группы, задавал этот вопрос неоднократно, но на этот раз трибун никак не мог решить, что ответить. Это ведь их мир, и смерть тут – самая настоящая. Он не мог позволить себе рисковать жизнями своих подчиненных и бездумно броситься в проход, где на каждом шагу могла подстерегать смертельная ловушка. Казалось, что все спокойно и можно двигаться дальше, но Макс нутром чувствовал, что тут что-то не так. Поэтому он продолжал всматриваться, пытаясь уловить малейшее движение.
— Ну?
Вдруг в полумраке мелькнула фигура стражника. Трибун вздрогнул – все-таки засада. Затем еще одна, и еще. Как они узнали? Кто их предупредил?
— Ну что там? — в самое ухо прошептал Гидеон.
— Плохо дело, — наконец хмуро ответил Макс. — Верная смерть.
Целер нервно сглотнул.
— Не хотелось плодить горы трупов, — трибун ободряюще похлопал его по плечу, — но, видимо, придется.
Подав знак остальным, он резко шагнул за угол и метнул металлический боевой бумеранг. Не дожидаясь возвращения разрушительного оружия, Макс натянул тугую тетиву лука. В воздухе, звонко дрожа, сверкнула стрела и вонзилась в шею одного из охранников. Тот отчаянно захрипел и упал на мраморный пол, бессильно хватаясь за подстреленное горло. Начался открытый бой.
Целеры действовали быстро, складно, уверенно, грамотно прикрывая друг друга. Стража пыталась отстреливаться, но делала это настолько бездумно и неумело, что ее шансы на победу стремительно приближались к нулю. Группа под командованием трибуна, хорошо известная своей яростной тактикой нападения, неотступно продвигалась вперед, оставляя после себя поверженных ангелов. Некоторые из них были убиты тяжелыми секирами, из тел других торчали боевые стрелы и сюрикэны. Впрочем, имелись и немногочисленные выжившие. Они, тяжелораненые, барахтались в лужах собственной крови и стонали. Зрелище было поистине страшным и жутким.
Оставшиеся охранники, находившиеся непосредственно у входа в покои, перестав осознавать, что творится вокруг, совершили самую большую ошибку – бросились бежать навстречу. Обезображенные ужасом лица, безумные глаза… Толпа беглецов была не такая-то и многочисленная, но страх превращал ее в неуправляемую сокрушительную силу. Целеры на мгновение растерялись, но довольно быстро сориентировавшись в происходящем хаосе, встретили стражников подобающим образом: с мечами в руках.
В то же мгновение заветные двери распахнулась настежь. Оттуда метнулась чья-то тень, однако Макс был наготове. Последовал точный выстрел из арбалета, и стражник упал. В огромном зале покоев, представшем его взору, он сразу увидел Ви. Она сидела в сверкающем золотом кресле за массивным столом из райского дерева, положив руки ладонями вверх.
— Ну здравствуй, вестник, — поздоровался трибун, сделав многозначительное ударение на последнем слове, и, переступив порог, насмешливо поинтересовался. — Медитируешь?
— Здравствуй, Макс, — тихо, но четко произнесла она. — Держу руки на виду, чтобы ты знал, что я не собираюсь воевать ни с тобой, ни с твоей командой.
— Какое своевременное решение, — язвительно отметил он.
— Как все прошло? — осведомилась Ви, проигнорировав его колкое замечание. Она усиленно всматривалась в проход, но рассматривать там было особо нечего, кроме целеров, устало прислонившихся к каменным колоннам. — Полагаю, успешно?
— Ну как видишь, да.
— Я рада.
Его губы медленно расплылись в презрительной улыбке:
— Чему же?
— Вновь видеть тебя, — в ее голосе прозвучала искренность, которой Макс, признаться, не ожидал.
— Я очень тронут, — холодно хмыкнул он, прицеливаясь, — но это не изменит моего намерения убить тебя, Ви. Как говорится, приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
— Полагаю, за измену?
Трибун кивнул, нисколько не удивившись ее проницательности.
— Что ж, у тебя есть на это полное право, — господства поднялась, гордо расправив плечи, — но есть одно маленькое «но».
— Какое же? — снисходительно уточнил он, дернув уголком губ.
— Перед тем как отнять чью-то жизнь, ты обязан выслушать последнее слово приговоренного к смерти.
— Я не испытываю никакого желания выслушивать твои оправдания.
— А я не ищу себе оправданий, — недовольно возразила она.
Макс пристально посмотрел на нее, и его серо-голубые глаза налились гневом.
— Что ж, говори! — яростно прохрипел он.
Ви невольно вздрогнула. На мгновение черты ее лица исказил испуг.
— Говори, ты же хотела высказаться, — твердо повторил он. — Так вот, я тебя очень внимательно слушаю. Я подчеркиваю, очень внимательно.
— Я… — начала было она, но тут же замолчала, с опаской взглянув в сторону прохода. Макс раздраженно вздохнул и с грохотом захлопнул дверь за собой.
— Так лучше?
Она благодарно кивнула.
— Ну? — нетерпеливо поторопил ее трибун. — Не тяни.
— Ну-у-у, — после недолгого молчания Ви, неприязненно взглянув на него, наконец, снизошла до ответа, — если бы твоя подопечная выполнила задуманное, нам не пришлось бы вести этот разговор. Я сделала все, чтобы этого избежать, но, к сожалению, из-за несвоевременного появления детектива Лоури у квартиры Палмера, все пошло совсем не так, как планировалось.
— Бедняжка, как же я тебе сочувствую.
— Прекрати ерничать! — вспыхнула она, заметив ухмылку на его лице.
— Давай, выкладывай, — пропустив ее упрек мимо ушей, рявкнул он, — чем тебе Микки помешал?
— Он все вспомнил, и начал собирать группу целеров вместе. Хотел, чтобы вы все вернулись, а я никак не могла этого допустить.
— Вот как, и чем же мы тебе так не угодили?
— Вы – совершенно ничем, но среди вас есть враг.
Макс недоуменно вскинул бровь:
— Ты имеешь в виду Уолтера?
— Ну, скажешь тоже! Глупость какая, — Ви с несколько наигранной веселостью натянуто рассмеялась. — Какой с него враг? Он просто еще одна пешка, как и Дункан. Их использовали лишь для того, чтобы показать всем полную несостоятельность твоего командования группой, на большее они не способны.
— Кому же это понадобилось? Не тебе ли, случаем?
— Нет, не мне.
— Тогда кому?
— Я не могу сказать.
— Да сколько можно-то ходить вокруг да около?! Тебе самой не надоело? — вновь разозлился он, бросив на нее свирепый взгляд. — Признай уже, наконец, ты слишком глубоко увязла во всем этом, и как только подвернулся удобный случай, воспользовалась им. Разбирательство тебе было не на руку, могли возникнуть неудобные вопросы. А так… а так все сложилось лучше некуда. Нет целеров – нет проблем, не так ли?
— Отчасти ты, конечно, прав, но не совсем.
Макс окончательно потерял терпение, поднял арбалет и направил на нее.
— Как же я устал от всего этого!
— Стой, стой, подожди, — не на шутку испугалась она. — Не делай этого. Давай поговорим.
— Неужто ты готова рассказать мне всю правду без утайки? — холодно уточнил он, и ей ничего не оставалось, как согласиться.
Не видя ничего, кроме его пальца на курке арбалета, Ви решительно произнесла:
— Готова.
— Ты точно в этом уверена?
— Да. Я все тебе расскажу, — обреченно вздохнула она, усаживаясь в свое кресло, — только пообещай мне одну вещь.
— Какую?
Будто нарочно, ровно в этот момент распахнулись двери, и ворвался возглас:
— Что здесь происходит?!
— Вы что, издеваетесь? — нервно рассмеялся Макс, оборачиваясь на голос.
— Что? — вбежавший толстяк невысокого роста, казалось, на мгновение опешил, но затем взревел. — Что здесь происходит, я вас спрашиваю?!
— Ничего особенного, Лу, — спокойно ответила Ви. — Мы просто разговаривали, вот и все.
— Вырезали всю стражу. Твою, между прочим! — зарычал он, захлебываясь от ярости. — И это ты называешь «ничего особенного»?!
Стиснув руки, она потупила взгляд. Не дожидаясь ответа, господства Лу развернулся и быстрым шагом направился к выходу. Остановившись на пороге, он громко и четко произнес, обращаясь к подоспевшим конвоирам:
— Всех целеров разместить в правом крыле цокольного яруса, каждого в отдельном помещении, чтобы находились в полной изоляции друг от друга. Обязательно проследите, чтобы они не покидали своих покоев до начала судебного заседания. Нарушителей запрета беспощадно и незамедлительно наказывать, чтобы у других даже мысли не появилось пойти по их стопам.
— Там же находиться невозможно, — возмутилась Челси. — Темно, грязно и сыро, словно в пещере.
— Для тебя готов сделать исключение, — зловеще процедил Лу. — Хочешь?
На какое-то мгновение в ее глазах промелькнул страх, но затем, упрямо вскинув подбородок, она произнесла:
— Да, конечно. Я была бы очень вам признательна.
— Ты хорошо подумала над тем, что сейчас сказала? — он надменно ухмыльнулся.
— Хорошо.
— Ну что ж, раз тебе не терпится загреметь в эргастул, сейчас устроим.
Нервно сглотнув, Челси попыталась исправить ситуацию:
— Вы неправильно меня поняли, я совсем не это имела ввиду.
— Да-а-а?! А, по-моему, это ты не понимаешь, кому перечишь, — его лицо потемнело, кулаки сжались. — Ты кто вообще такая?! Кто тебе разрешил оспаривать мои решения?! Кто дал тебе пра…
— Довольно!
Лу разъяренно обернулся к тому, кто посмел оборвать его на полуслове.
— Ма-а-кс, — протянул он нараспев, и его губы искривились в едкой усмешке, — это, конечно, похвально, что ты за своих подчиненных стоишь горой, но было бы гораздо лучше, если бы ты сказал, где твой друг?
— Какой еще друг?
— Ну как же, вы еще с ним были не разлей вода, — Лу пощелкал пальцами, вспоминая имя. — Нагловатый такой. Как же его зовут-то? Ну же?!
Ответом была тишина.
— Микки, — прерывая всеобщее молчание, подсказала Ви.
— Да-да, точно! — ухмыльнувшись, воскликнул он и тут же, обращаясь к одному из конвоиров, строго добавил. — Доставить его ко мне! Немедленно!
— Живым или мертвым?
— Не имеет значения. Его все равно ждет смертная казнь.
Конвойный понятливо кивнул.
— А с тобой… — цепкий взгляд Лу скользнул по лицу трибуна. — Впрочем, с тобой разговор будет особый, да и наказание – тоже.
— Ну, зачем уж так сурово? — неожиданно для всех вступилась Ви. — Как-никак, он много лет служил иерархии верой и правдой!
Господства настороженно покосился на нее:
— Ты что, предлагаешь спустить ему все с рук?
— Нет, конечно же, нет, — мягко улыбнулась она. — Я просто прошу тебя дать ему возможность загладить свою вину.
— Как же? — подозрительно сощурившись, полюбопытствовал Лу.
— Ну, для начала, пусть приведет сюда Микки.
— А что потом?
— Ну а потом, у тебя будет достаточно времени, чтобы хорошенько подумать и принять решение, что с ним делать дальше, — она снова мягко улыбнулась ему, — а не рубить с плеча.
— Что ж, — неохотно согласился он, — ладно. Только быстро и без фокусов!
Ви одобрительно кивнула и, выразительно взглянув на Макса, дала ему знак выполнять приказ.
Он хотел сразу же уйти, но вдруг остановился:
— Прошу прощения, возможно, мой вопрос будет некстати, однако мне хотелось бы узнать, что будет с моей подопечной?
— А что с ней будет?! — прогремел Лу. — Она останется там же, где и все остальные.
— Она там не выживет, — заметил он.
— Ты ее погубил, ты! И теперь имеешь наглость просить меня о снисхождении?! Ведь именно этого ты сейчас и добиваешься, не так ли?
Стараясь скрыть свое негодование, Макс ничего не ответил, лишь слегка кивнул головой.
— Раньше надо было думать, прежде чем затевать очередную авантюру, раньше! Вы прекрасно понимали, что делаете, и теперь вам всем придется ответить за содеянное.
— Всем? — возмущенно уточнила Челси.
— Не нарывайся, — вполголоса пробормотал Ллойд, все это время находившийся рядом с ней.
Лу злорадно сверкнул глазами:
— Всем до единого! Я лично обещаю каждому из вас, что вы пожалеете о том, что тут устроили. Ой, как пожалеете!
— Но…
— Никаких «но»! — выкрикнул он в приступе гнева. — Я больше ничего не желаю слушать! Я по горло сыт вашими выходками!

Войдя в терминал, они сразу увидели Макса. Он стоял, не шевелясь, с отсутствующим видом, и совершенно не обращал внимания на хаос, творившийся вокруг него. Он был настолько погружен в свои мысли, что не заметил, как они подошли.
— Макс, — осторожно позвала Алекс.
Он поднял глаза и посмотрел на нее так, как будто не ожидал, что сможет увидеть ее снова. Его губы невольно дрогнули в едва заметной улыбке, в уголках прищуренных глаз заискрилась радость, утратив на мгновение мрачное выражение.
— Все хорошо? — опасливо поинтересовалась она.
Он отрицательно качнул головой и, вынужденно переведя взгляд на друга, сообщил:
— Мне приказано вернуть тебя в иерархию.
Микки отчего-то вздрогнул, его лицо мгновенно побледнело и осунулось:
— Кто отдал приказ?
— Лу.
— А-а… ну тогда все понятно, — проронил он срывающимся голосом, присаживаясь на корточки. — Что будет с остальными?
— Думаю, ничего особенного с ними не сделают. Пожурят немного, и все. Знаешь, я бы на твоем месте не за них переживал, а подумал бы в первую очередь о себе. Или ты не разделяешь моего мнения?
Микки промолчал и, низко склонив голову, обхватил ее обеими руками.
— Да что случилось-то? — встревоженно спросила Алекс, ни к кому конкретно не обращаясь. — Может, мне кто-нибудь объяснит, что происходит? Вы же именно этого и добивались. Вы же хотели вернуться в иерархию, или нет?
Макс посмотрел на возлюбленную, находившуюся в явном замешательстве и полной растерянности от происходящего, затем перевел взгляд на совершенно поникшего друга. От его вида у него невольно сжалось сердце.
— Алекс, просто кое-что изменилось.
— Что именно?
— Мы полагали, что действия Ви были несанкционированными и, следовательно, незаконными, но в действительности все оказалось совсем иначе.
Девушка изо всех сил старалась понять, о чем он говорит, но не могла. Макс явно чего-то не договаривал.
— Хватит говорить загадками! — сердито прикрикнула она.
— Да никаких загадок, Лекс, — Микки поднял голову и горько усмехнулся, глядя на нее. — Не сердись на Макса. У него просто язык не поворачивается озвучить это вслух.
— Что «это»?
— Меня собираются казнить.
Его слова прозвучали как гром среди ясного неба.
— К-казнить? — переспросила она дрогнувшим голосом. — За что, почему?
— Ну, видишь ли, за то, что я натворил, по нашим законам, полагается смертная казнь.
— Тогда зачем ты это сделал? — она покачала головой, словно упрекая его в безрассудстве. — Зачем?
— Так или иначе, теперь это уже не важно. Что сделано, то сделано, теперь ничего не изменишь, — он перевел взгляд с девушки на Макса. — Ну что, пошли?
Трибун насмешливо изогнул бровь:
— Куда?
— Как куда? — ошарашено промямлил Микки, не понимая его реакции. — На плаху.
— Это подождет, — бросил Макс каким-то спокойным, даже обыденным тоном.
Целер подозрительно прищурился:
— Ты что, собираешься нарушить приказ?
— Ну, я не только собираюсь, но и сделаю это, — хмыкнул он. — А ты что, против?
От такого заявления Микки даже несколько растерялся.
— Нет, вовсе нет, — пробормотал он немного погодя.
— Ну, вот и славно, — с ноткой смутного удовлетворения произнес трибун. — Тем более, что есть проблемы и посерьезнее.
— Какие еще проблемы? — одновременно спросили Алекс с Микки, настороженно уставившись на него.
— Я не могу вернуть Алекс обратно, — виновато пояснил он, — в ее мир. Тому есть две причины. Во-первых, Лу решил оставить все как есть. А во-вторых, из этого все равно ничего бы не вышло, так как небезызвестный нам детектив Лоури арестовал Маркуса за убийство и, как обычно делается в таких случаях, тело Алекс отправили в морг на вскрытие.
— И что же мы теперь будем делать? — растерянно поинтересовалась девушка, пытаясь осознать только что услышанное. — Останемся здесь?
— Нет, здесь мы точно не останемся.
— Тогда что?
— Да есть у меня одна идейка…

Глава 16. Перезагрузка
Обратный билет должен стоить дороже:
можно в конце концов не поехать, но не вернуться нельзя.
Альфонс Алле


Очнувшись, Алекс открыла глаза, подняла голову, осмотрелась и мгновенно вскочила на ноги, ничего не понимая. Окружающая обстановка была совершенно незнакомой – тесные стены, выкрашенные бледно-желтой масляной краской, небольшое окно, забранное толстыми вертикальными прутьями, электрическая лампа без плафона, одиноко свисавшая с потолка, и низкая железная койка, намертво привинченная к обшарпанному полу. Невзрачное полутемное помещение напомнило ей палату умалишенных, таким пугающим и суровым оно казалось. Она стояла с растерянным видом, соображая, как она здесь очутилась. Ее взгляд беспокойно скользил по окружающим предметам, пока не зацепился за дверь. Девушка осторожно подошла к ней и дернула за ручку. Она оказалась заперта. Заглянув в смотровое окошко, устроенное на уровне лица, Алекс увидела точно такую же дверь, расположенную аккурат напротив. Оттуда на нее пристально, не моргая, смотрела немолодая женщина. От ее взгляда, казавшимся совершенно безумным, у нее внутри все похолодело.
Вдруг раздался скрежещущий металлический звук открывающегося замка, и тут же в ее палату вошел санитар. Не проронив ни слова, он оттолкнул ее от порога и принялся надевать на нее смирительную рубашку. Она не видела его лица, когда он туго завязывал длинные рукава у нее за спиной, но могла поклясться, что он испытывал удовольствие от собственного превосходства и власти над ней.
— Пошли. Тебя доктор спрашивает, — сухо проронил санитар, закончив ее пеленать, и вывел наружу. По обе стороны коридора бесконечной чередой тянулись стальные двери. По ходу их движения из палат, справа и слева, то и дело доносились стоны, истерические вопли и монотонные рыдания. Наверное, в таком месте это было вполне естественным явлением, но любому здравомыслящему человеку непременно захотелось бы сбежать отсюда куда подальше и никогда не возвращаться. Такое же желание возникло и у Алекс, однако сейчас это не представлялось возможным. Остановившись перед массивной дверью, провожатый робко постучал, и как только услышал властное «войдите», бесцеремонно втолкнул девушку во врачебный кабинет.

Когда Алекс оказалась внутри, первое, что она увидела, была рыжеволосая молодая женщина в белом халате. Она сидела за письменным столом, заваленным кипами бумаг, и что-то сосредоточенно писала в медицинской карте.
— Можешь идти, — небрежно бросила она, не поднимая головы от записей.
Санитар одним рывком усадил пациентку в кресло перед столом врача и сразу же вышел. Алекс, устроившись поудобнее, с интересом осмотрелась по сторонам. Кабинет был роскошный, обставленный изысканной мебелью. Красное сандаловое дерево, белоснежный мраморный пол, частично закрытый дорогим антикварным ковром. Глубокие кресла, обтянутые натуральной кожей, стильные застекленные шкафы, плотно заставленные научными книгами по медицинской психологии, и парочка старинных картин на стенах, которые наверняка представляли большую ценность. От всего этого великолепия у Алекс захватило дух.
— Ничего себе, — неосознанно вырвалось у нее.
— Как себя чувствуете? — вдруг спросила психиатр, отложив ручку в сторону.
От неожиданности девушка на несколько секунд потеряла дар речи.
— Спасибо, хорошо, — наконец промямлила она.
Рыжеволосая холодно улыбнулась:
— Рада слышать.
— Простите, где я нахожусь?
— В частной психиатрической клинике.
— В клинике… — задумчиво пробормотала Алекс. — А когда меня выпишут?
— Как только поправитесь, так сразу.
— Но… разве я больна? Почему я здесь?
— У вас случился нервный срыв, — обыденно сообщила врач.
Пациентка изумленно моргнула:
— Интересно. А когда это произошло?
— На похоронах.
— Чьих?
— У вас есть братья или сестры? — осведомилась рыжеволосая, проигнорировав вопрос.
— Да, — после некоторой паузы признала Алекс, — у меня была сестра.
— Была? Почему вы говорите в прошедшем времени?
Чувствуя подвох, девушка настороженно ответила:
— Потому-что она умерла.
— Как ее звали?
— Бриттани.
— Вы были близки с ней?
— Да, были.
— Что с ней произошло?
В зеленых глазах пациентки промелькнула искорка гнева:
— Я не хочу об этом говорить.
— Что ж, ладно, не хотите, как хотите, — довольно охотно согласилась та, и неожиданно перевела разговор на другую тему. — А имя Макс вам о чем-нибудь говорит?
Имя-то говорило, но рассказывать о его хозяине Алекс вовсе не хотелось, и уж тем более в кабинете психиатра.
— Нет, ни о чем не говорит.
— Вы в этом уверены или не желаете признать очевидное? — глаза рыжеволосой подозрительно сощурились.
— Я же уже сказала. Я никого не знаю с таким именем.
— Совсем недавно вы говорили обратное, — врач недовольно покачала головой, заглянув в записи.
— Какого черта ты ко мне привязалась?! — вскипела про себя Алекс, а вслух холодно сказала. — Простите, но я не понимаю, к чему вы клоните.
Рыжеволосая ядовито ухмыльнулась:
— Думаю, вы все отлично понимаете.
От ее слов у Алекс перехватило дыхание, она закашлялась.
— Можно мне воды? — попросила она тихим сдавленным голосом. — Что-то в горле пересохло.
— Конечно, — сухо произнесла психиатр. Взяла тяжелый графин и налила из него воды. Затем встала и, обогнув стол, подошла к пациентке.
— Вот, пожалуйста, — женщина осторожно поднесла ко рту девушки стакан, наполненный до самых краев, и слегка наклонила. Отпив несколько глотков, Алекс внезапно почувствовала, как пальцы врача сжали ее горло. Вода хлынула ей в рот, заполняя легкие. Отчаянно завертев головой во все стороны, она попыталась вырваться, но хватка рыжеволосой была железной. Она чувствовала, как жизненные силы покидают ее, капля за каплей. Еще чуть-чуть, еще немного, и с ней будет покончено. Пальцы еще крепче сжались на ее шее, и сознание полностью отключилось.

Сильная волна, ударившая прямо в лицо, заставила ее очнуться. Сквозь застилающую глаза воду, она попыталась понять, где находится, но очередная волна внезапно накрыла ее с головой. Возможно, если бы в ее легких было достаточно воздуха, она смогла бы выплыть, но, несмотря на все ее старания, она стремительно опускалась вниз. Она уже мысленно попрощалась с жизнью, как вдруг ощутила чьи-то руки у себя на талии. Она вздрогнула и инстинктивно попыталась освободиться, но тот, кто держал ее, не отпускал. Оказавшись на поверхности, она, наконец, смогла рассмотреть своего спасителя.
— Слава Богу, это ты… — чуть слышно прохрипела она, жадно хватая ртом воздух.
— Тише-тише, все хорошо, — успокаивающе прошептал Макс. Он был так близко, что его влажные губы касались ее лица, — я с тобой.
От холода и пережитого страха ее тело пронзила дрожь. Алекс глубоко вдохнула, стараясь успокоиться, цепляясь за его плечи в попытке утихомирить бьющий тело озноб, но его растерянное, испуганное лицо совершенно не способствовало этому.
— Ты как? — обеспокоенно осведомился он, прижимая ее к себе покрепче.
— Не знаю, — едва смогла выговорить она, клацая зубами.
— Замерзла?
— Нет, — решительно сказала она и, как назло, ее тело предательски содрогнулось. Это вызвало у него непроизвольную улыбку.
— А ты чего улыбаешься?! — оскорбленным тоном воскликнула Алекс.
— Пожалуйста, не сердись, — с покаянным видом проговорил он. — Я не хотел тебя обидеть.
— А я и не сержусь! С чего мне сердиться-то?! Что может быть лучше, чем болтаться среди волн бушующего океана?!
Макс, не сдержавшись, рассмеялся. В его серо-голубых глазах заплясали веселые искорки.
— Вижу, что ты в порядке.
— Угу, — буркнула она. — Когда мы выберемся отсюда, наконец? Хотелось бы ощутить твердую почву под ногами.
— Пока нельзя.
В ее зеленых глазах отразилось непонимание. Макс хотел было пояснить, что единственная причина, по которой они находятся в холодной воде, заключается в том, чтобы частично смягчить последствия ее преображения, но не успел. Ее крылья начали отчаянно вырываться наружу. Резкая сокрушительная боль пронзила тело девушки, с хрустом пробивая спину. Алекс изо всех сил стиснула зубы, чтобы не закричать, но горячие слезы предательски потекли по щекам.

Она стояла на берегу океана и, подняв свои измученные глаза к небу, созерцала пышные облака в красных отблесках заката, медленно плывущих за линию горизонта. Ласковый теплый ветер развевал ее прозрачное белое платье, обнажая стройные ноги.
Макс тихо подошел к ней сзади и, бережно обняв, прошептал:
— О чем задумалась?
— Да так, ни о чем, — она обернулась, обхватила его шею руками и прильнула губами к его рту. Он нежно ответил ей на поцелуй, стараясь вложить в него всю свою любовь, но, почувствовав, что она чем-то расстроена, отстранился.
— Алекс, что такое? С тобой все в порядке?
— Конечно, в порядке, — она попыталась отвернуться, но он не позволил ей сделать этого. Его пальцы нежно взяли ее за подбородок и приподняли лицо так, чтобы видеть глаза.
— Ты ничего от меня не скрываешь?
— Ничего.
— Скажи мне правду, — его пронзительный взгляд проникал ей в самое сердце.
Алекс несколько секунд не могла решиться сказать ему в открытую то, что хотела. Она боялась выглядеть глупо в его глазах, но все-таки пересилила себя.
— Это ведь не сон, правда?
Макс удивленно поднял брови:
— В каком смысле?
— Ну, все это… — она неопределенно помахала вокруг себя.
— Я не совсем понимаю, о чем ты?
— Я кое-что видела, когда была в отключке, …или же, наоборот, именно в тот момент я и была в сознании, — рассеянно ответила она, погружаясь в раздумья.
Макс легонько тронул ее за руку:
— Алекс, любимая, объясни мне, наконец, что случилось?
— В общем, на самом-то деле я сошла с ума, и в данный момент нахожусь не здесь с тобой, а в частной психиатрической клинике на лечении, — проговорила она вполголоса.
Такое заявление было настолько для него неожиданным, что он, не сдержавшись, рассмеялся:
— А я, случайно, не доктор?
Алекс отрицательно покачала головой и, укоризненно вздохнув, рассказала ему все, что ей привиделось, когда она была без сознания.
Внимательно выслушав ее, Макс достаточно спокойным тоном задал вопрос:
— Какие ассоциации вызывает у тебя слово «смелость»?
Она недоуменно посмотрела на него, но все же ответила:
— Решительность, отвага, риск, сила…
— Ну вот видишь, а сумасшедший выстраивает иной ассоциативный ряд: смелость – окаменелость, окаменелость – череп, череп – голос, голос – это злой дух, злой дух обитает в лесу, лес вырос на земле, а в земле живут черви. В итоге смелость ассоциируется у него с червем, или с чем-то в этом роде. То есть из-за невозможности удержать в сознании одну линию, ассоциативный ряд шизофреников превращается в цепь случайно связанных между собой слов. Ты замечала за собой такое?
— Нет.
— Что ж, тогда я тебя официально поздравляю! — он широко улыбнулся и подхватил ее на руки. — Ты абсолютно нормальна, так что можешь больше не беспокоиться по поводу своей вменяемости.

Они, обнявшись, лежали на песке, наслаждаясь покоем, которого так долго ждали. Языки яркого пламени, вырывающиеся из костра, освещали их сплетенные тела. Тихие волны, мягко накатываясь на берег, обдавали солеными прохладными брызгами, а теплый южный ветер ласково обволакивал томной сладостью.
— А я смогу быть видимой для людских глаз? — спросила Алекс, тщетно пытаясь набрать в ладонь песок.
— Нет. Ты на уровне ангела-хранителя по силам и возможностям, — извиняющимся тоном произнес Макс. — Увы, я не всемогущий.
— Значит, теперь я могу проходить сквозь стены?
— Да, теперь, после преображения, можешь.
— Сквозь огонь и воду тоже?
— Тоже.
— Здорово! …Только вот никак не могу понять, как же я буду сидеть, например, на стуле? Как я удержусь-то, если буду проскальзывать сквозь предметы?
В его глазах вспыхнули веселые искорки:
— Это зависит от твоих потребностей, намерений и стремлений. На начальном этапе будешь координировать свои действия, а со временем это войдет в привычку, и будет происходить машинально.
— А когда я смогу летать?
— Через пару недель, когда крылья окрепнут.
Подперев голову рукой, Алекс с любопытством всмотрелась в его лицо.
— Что, что такое? — от ее пристального, изучающего взгляда он несколько смутился.
— Ничего, просто любуюсь.
Он приподнялся на локте и, поцеловав ее в плечо, уточнил:
— Мной?
Она кивнула, улыбнувшись, но вдруг резко посерьезнела, бросив на него прищуренный взгляд:
— Знаешь, я должна тебе кое-что сказать.
Макс весь напрягся, приготовившись услышать самое худшее:
— Что же?
— Я люблю тебя.
Ее откровенное признание тронуло его, и он, упоенный взаимным чувством, расплылся в счастливой улыбке.
— Я тоже люблю тебя, мой ангел. …Очень люблю.
Покрывая ее лицо нежными поцелуями, Макс, раскрыв крылья на мгновение, резко взмахнул ими. Янтарный костер погас. Бездонное весеннее небо, усыпанное крупными звездами, бережно заключило в свои объятия влюбленную пару, вмещающую в себя два целостных мира, которые волею судьбы соединились в один.

Похожие статьи:

ФэнтезиИзгнанники.Часть 1.Главы 3 и 4.

ФэнтезиДве Извилины

ФэнтезиЧистый хозяин Собственного Мира. Главa 79.

ФэнтезиЧистый хозяин Собственного Мира. Главы 73 и 74.

ФэнтезиИзгнанники.Часть 1.Главы 1 и 2.

Рейтинг: 0 Голосов: 0 410 просмотров
Комментарии (0)
Новые публикации
Октябрь
вчера в 18:51 - Лариса Тарасова - 0 - 11
Побить Жирика!
вчера в 15:20 - Kolyada - 0 - 7
Весло
вчера в 12:07 - Татьяна - 0 - 17
Море
вчера в 11:56 - Татьяна - 0 - 20
Тропинка к Богу
Тропинка к Богу
вчера в 10:50 - ШАХТЕР - 0 - 10
МЕЧТАТЕЛИ Книга первая. Марсианские хроники (прям как у Брэдбери). История третья.
МЕЧТАТЕЛИ Книга первая. Марсианские хроники (прям как у Брэдбери). История третья.
вчера в 08:32 - Сергей Лысков - 0 - 10
МЕЧТАТЕЛИ Книга первая. Марсианские хроники (прям как у Брэдбери). История третья. 
Ботва сгорела и листва...
Ботва сгорела и листва...
вчера в 07:59 - gavrds57 - 0 - 11
МОЯ ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ... ( MY FIRST LOVE...)
18 октября 2018 - Иосиф Латман - 0 - 15
Без названия
18 октября 2018 - Kolyada - 0 - 8
Коровы и нудисты Швеции
18 октября 2018 - Kolyada - 0 - 7
Брянская песня
Брянская песня
18 октября 2018 - gavrds57 - 0 - 12
Покер для пилигримов
18 октября 2018 - Mr. Tiger - 2 - 32
Зачем ты, дядя, паучка убил?
17 октября 2018 - Серж Хан - 0 - 18
Решила Настя стать писателем
17 октября 2018 - Kolyada - 0 - 11
Баоань *
Баоань *
16 октября 2018 - Лариса Тарасова - 2 - 38
Ничто не вечно под луной
Ничто не вечно под луной
16 октября 2018 - Анна Птаха - 2 - 30
   
Возвращение поэта
Возвращение поэта
16 октября 2018 - владимир загородников - 0 - 17
После Ибицы
16 октября 2018 - Kolyada - 0 - 18
Клубы
Рейтинг — 391235 11 участников
Рейтинг — 179300 10 участников

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика