15-й поединок 1/16 финала ОК-18

14 декабря 2018 - Александр ПАН

ГОЛОСОВАНИЕ ЗАКОНЧЕНО

ПРОСИМ АВТОРОВ И ГОСТЕЙ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ДИСКУССИИ

 

 

 

Царица Эвелина и другие люди

Илья Криштул

 

«Какое прекрасное лицо! Такие женские лица я видел только на старинных гравюрах и вдруг здесь…» — подумал Головкин. Лицо действительно было прекрасно – высокий чистый лоб, на который якобы случайно спала белокурая прядка, яркие синие глаза, румянец, и не нарисованный, а природный, это Головкин определять умел. Восхитила его белая, как будто никогда не видевшая солнечного света кожа, очаровательная шляпка с небольшой вуалью, шея, прикрытая якобы небрежно повязанным шарфиком… Он успел рассмотреть даже пальцы, украшенные дорогими перстнями… Женщина улыбалась каким-то своим мыслям, взгляд её, не задерживаясь, пробежал по Головкину и устремился вверх, строго очерченный профиль проплыл мимо и Головкин с трудом подавил в себе желание обернуться. «Явно не простолюдинка… Вот из-за таких женщин и происходит всё на этой планете – страшные войны и великие открытия, гнусные предательства и безумные подвиги, трагедии неразделённой любви и комедии разделённой…» — Головкин всё же не удержался и обернулся: «Завоюй целый мир, кинь к её ногам, она всё равно останется надменной и недоступной, как царица… Царица Эвелина…» Женщина, которую Головкин нарёк Эвелиной, уже таяла вдалеке, где-то её ждал самый счастливый мужчина в мире, пажи готовили благоуханную ванну, а повара – изысканный ужин… Головкин прикрыл глаза. «За одну ночь с такой женщиной можно отдать все богатства всех восточных королей…» — и в голове Головкина зазвучала небесная музыка, которая неожиданно закончилась заливистым детским смехом.

«Папа, посмотри – дядя стоя спит, как лошадка!» — Головкин открыл глаза и увидел смеющуюся рыжую девчушку, теребящую за рукав своего сонного папу. Папа равнодушно посмотрел на Головкина, наклонился к дочке и стал что-то ей втолковывать, видимо, правила поведения в свете. «А у моей царицы, интересно, есть дети? Если б я был её героем, она родила б мне пять таких вот рыжих девчушек…» — на этот раз Головкин глаза не закрывал и музыка в его голове не звучала. Да и если б звучала, её спугнули бы три горца, громко обсуждавшие что-то на своём языке. Со стороны казалось, что они ругаются и сейчас перережут друг друга, но Головкин знал – они просто разговаривают. Они друзья. Им тяжело здесь, их здесь не любят, их семьи остались на далёкой родине, там, где ветра поют свои нескончаемые песни в горных ущельях… Головкин улыбнулся горцам, но они в ответ метнули в него три таких злых взгляда, что он вздрогнул. «Наверное, в их загадочной стране не принято улыбаться незнакомцам… Может, они подумали, что я смеюсь над ними или над их речью…» — горцы были ещё недалеко и Головкин хотел вновь обернуться, что бы извиниться, но раздумал. К тому же ему навстречу приближалась парочка, на которую хотелось смотреть с восторгом и умилением. Он и она, оба в годах, седина уже прокралась в её причёску и давно поселилась в его, но как нежно она обнимала его! Как он смотрела на неё! Зачем она что-то шептала ему, ведь никакими словами не выразить ту любовь, которая сквозила в каждом её движении?.. «Достойный закат достойной жизни» — подумал Головкин и снова вспомнил свою царицу Эвелину. Ах, если б они могли быть вместе! Если бы они только могли… Они бы тоже встретили свою старость с благодарностью, в окружении любящих детей, внуков и правнуков, только не здесь, а в небольшом шале в предгорье Альп… Головкин опять прикрыл глаза и очутился возле своего шале… Двухэтажная хижина пастуха с красной черепичной крышей… Зелёный склон, на котором пасутся белые барашки, внизу прозрачный ручей с небольшой мельницей… Постаревшая, но по прежнему величественная Эвелина в кресле-качалке вяжет чепчик для очередного внука, он поливает благоухающие цветы, отгоняя ласковых ручных коз… Вершины Альп вдалеке… Облака, с неохотой плывущие куда-то в Австрию и цепляющиеся за склоны… Сейчас, сейчас уже запахнет свежим хлебом, который печётся в старинной дровяной печке на заднем дворе… Но пахнуло неожиданно чем-то другим, неведомым и невкусным, и запах этот мгновенно вернул Головкина в реальность, в которой всё было отнюдь не так благостно. Пожилая парочка приблизилась уже на расстояние вытянутой руки и оказалась совсем не пожилой, а тот, кого так нежно обнимали, был просто пьян. Пьян мертвецки и с утра, и именно его ужасный перегар не дал Головкину насладиться ароматом свежевыпеченного хлеба. Рано постаревшая боевая подруга из последних сил удерживала своего рыцаря от позорного прилюдного падения, а слова, которые она ему говорила… Это были слова не любви, это были жестокие упрёки и суровые обвинения, обрамлённые площадной руганью. Наверное, рыцарь совершил вчера отнюдь не рыцарский поступок… И не только вчера… Да и не был он никогда её рыцарем, как, впрочем, и она никогда не была его Дамой. Не бывает Дам с такими лицами…

В то утро у Головкина случилось ещё много занимательных встреч, которые принесли массу впечатлений, позволивших ему забыть нехорошую парочку. Он видел старушку, на руках которой дремала собачка, один в один похожая на хозяйку. Видел девушку с голубыми волосами, чем-то напоминающую Мальвину из старого детского фильма, если б не кольца в носу и в губах, татуировка на предплечье в виде дракона и очень странное одеяние. Видел непонятного юношу с накрашенными глазами, который мило улыбнулся Головкину и наманикюринным пальчиком нарисовал в воздухе сердечко. Видел ярко одетого мавра, на которого с изумлением и в упор взирало многочисленное семейство из провинции… Видел даже свою одноклассницу, в которую был безнадёжно влюблён лет сто тому назад… Он еле успел отвести взгляд, застыдившись своей неказистой одежды, но она уже заметила его, заулыбалась и подняла руку, что бы поприветствовать и наверняка напроситься на свидание… Она же не знала, что у Головкина есть царица, есть его Эвелина… Но тут, к счастью, эскалатор, на котором ехал Головкин, закончился, одноклассница с поднятой рукой и улыбкой уехала наверх, к выходу в город, а ноги Головкина ступили на грязную платформу станции метро «Киевская» радиальной линии.

Каждое утро, спускаясь на эскалаторе в метро, Головкин проживал целую жизнь, полную любовных драм и забавных приключений. Жизнь, похожую на бесконечный увлекательный фильм, от которого невозможно оторваться…

Ведь там, наверху, у него вообще никакой жизни не было.

 

 

 

Я люблю тебя, Мария!

Александр Паршин

 

До начала рабочего дня минут десять, и трое молодых сотрудников лаборатории трепались, казалось, о женщинах.

— Тёмные волосы больше подошли бы, — покачал головой Эдик, программист отдела. – У неё кожа достаточно смуглая.

— Какая разница? – живо возразил Юра. – Цвет кожи можно изменить, по современным материалам самый большой специалист я.

— По материалам может и ты, но в женской красоте ничего не смыслишь, — усмехнулся Ярослав, механик отдела, — Правильно Папа сделал, что стилиста пригласил.

«Папой» сотрудники называли руководителя отдела Игоря Львовича Яковлева, он им всем в отцы годился и ворчал постоянно, словно отец.

— Эй, бездельники, кончай болтать! — в бесшумно отворившуюся дверь администратор института подтолкнул модно одетого парня с замысловатой прической. – Знакомьтесь! Аристарх – лучший стилист города.

С откровенной насмешкой в голосе сотрудники поздоровались с парнем, выглядевшим на их фоне павлином среди кур. Белые халаты подчеркивали это сравнение двумя чертами.

— Итак, Аристарх, твоя задача такова, — назидательным голосом промолвил Эдик, едва все поприветствовали друг друга. – Ты должен подготовит одну очень красивую девушку к конкурсу красоты, где она должна занять первое место. В этом случае, как мне сказали, твой гонорар увеличится.

— Всё ясно! Но насколько я знаю, у вашего института немного другой профиль, не связанный с подготовкой подобных конкурсов, — на лице стилиста появилась ухмылка.

— А насколько я знаю, в твоем контракте записано, что не будешь много болтать и задавать глупых вопросов, — в тон ему ответил Эдуард.

— Где девушка? – улыбка сошла с лица Аристарха, и голос стал серьёзным.

— Перед зеркалом сидит.

Высокая спинка кресла скрывала красавицу. Подойдя ближе, стилист увидел девушку с закрытыми глазами.

— Она спит!? – его удивление было безграничным.

— Вставай, Мария! – повелительным голосом прокричал Юрий.

Аристарху показалось, что он ударил девушку по голове. Та открыла глаза и, улыбнувшись, красивым чистым голосом произнесла:

— Я не сплю.

— Приступай! – подтолкнул Эдик временного сотрудника проекта к креслу.

Аристарх с удовольствием выполнял любимую работу. Кожа девушки была гладкой и упругой, и она не капризничала, как большинство красавиц. В самом разгаре работы подошел Юрий и, усмехнувшись, пригласил:

— Пошли, кофе попьем! Не бойся, никуда она не убежит!

За столиком их ждали чашки с горячим ароматным напитком.

— Как наша красавица? – Ярослав, пододвинул одну из чашек гостю.

— Насчет красоты я ручаюсь, — серьезным голосом ответил Аристарх. – Но вот как насчет мозгов? С одной красотой конкурс не выиграешь.

Раздавшийся в ответ смех оглушил стилиста, а Юрий поперхнулся кофе, долго кашлял, пока Ярослав не ударил его по спине.

— За мозги ручаюсь я, — Эдик изо всех сил старался скрыть улыбку. – Твоя задача сделать её безукоризненной с головы до пят.

— В каком смысле?

— В прямом.

 

После кофе Аристарх подошел к креслу и удивленно отметил, девушка не предприняла никаких попыток, что-либо исправить в его работе. Случай невероятный.

Минут через сорок, последний раз осмотрев свою работу, удовлетворенно произнес:

— Я окончил.

— Мария, встань! – без всяких эмоций произнёс Эдуард. – Полюбуемся на твое лицо.

— Класс! – восхищенно покачал головой Юрий.

— Уже накрасили? — раздалось за их спиной.

Голос принадлежал высокому сорокапятилетнему мужчине с большой лысой головой и оттопыренными ушами, живот и кривые ноги окончательно портили его фигуру.

— Игорь Львович Яковлев, — протянул он руку Аристарху, одновременно Эдику коробочку. – Замени плата!

То, что произошло далее, до глубины души потрясло стилиста. Программист подошел к девушке, развернул её и сунул руку под волосы на затылке, затем задрал свитер и, надавив на лопатки, раздвинул их. Перед глазами Аристарха открылись внутренности «девушки», похожие на содержимое системного блока его компьютера.

— Она робот!? – сумел выдавить Аристарх.

— Вы что, шутники, не сообщили гостю об этом? – строго спросил начальник отдела.

— Игорь Львович, вы же сами велели испытать её в реальных условиях, — Юрий, едва сдерживал смех.

— Я просил испытать Марию, а не Аристарха.

В кармане у Яковлева зазвонил телефон, выслушав говорившего, направился к выходу, бросив своим сотрудникам:

— Введите стилиста в курс наших планов!

— Слушай, Аристарх! – Эдик стал объяснять новичку суть проекта. – Через год состоится всемирный форум под девизом: «Робот – копия человека», на котором будут представлены самые современные роботы, трудно отличимые от людей. У каждого из них будет паспорт, в котором, кроме технических параметров, будут указаны выигранные всевозможные турниры и конкурсы. До сих пор роботы побеждали на любых форумах, кроме конкурса красоты. Мы не будем сообщать организаторам, что она робот. Мария должна дойти до всемирного. Всё откроется после оглашения победителя. Нас, конечно, лишат всех титулов в области красоты, но мы станем первыми среди производителей роботов. Таковы наши планы.

— Я с вами, — восхищенно произнес Аристарх, понимая, что в случае успеха, заработает не только деньги, но и мощнейшую рекламу самому себе.

— Вот и прекрасно! – улыбнулся Эдуард и, повернувшись к девушке-роботу, воскликнул. – Салют, Мария!

— А почему её назвали Марией?

— МАРИЯ – это Многофункциональный Аналитический Робот Игоря Яковлева.

— Вижу, что новый сотрудник влился в наш коллектив, — за их спинами вновь появился руководитель отдела. – Я уезжаю в командировку, вернусь завтра вечером, за это время испытайте Марию в реальных условиях, но не вздумайте засветиться.

— Придумаем что-нибудь, — уверенно пообещал Эдик.

— Да, у меня проблема, — грустно добавил Игорь Львович. – Сестра заболела. Костика не с кем оставить.

В ответ раздался дружеский смех.

— Вашему Костику шестнадцать лет, — серьезным голосом произнёс Ярослав. – А вы его всё ребёнком считаете.

— Ребята, я тороплюсь. Завтра выходной – пусть с ним кто-нибудь побудет. Он из школы сегодня в два часа вернется.

— Сделаем, сделаем! — успокоил шефа Эдик.

Когда дверь за руководителем закрылась, Аристарх удивленно спросил:

— В чем проблема-то?

— Его сын такой же тюфяк, как и отец, он и по виду похож на отца, — улыбнувшись, Юрий стал посвящать новичка в личные дела шефа. — Мать их бросила лет десять назад. Одного недотепу ещё с трудом терпела, а двоих – не выдержала.

— Ребята!!! – вдруг воскликнул Ярослав. — А если мы обе проблемы объединим в одну: пошлем нашу Марию в няньки к Костику, а тому не скажем, что она робот.

— Это идея!!! – воскликнул Юрий.

Эдуард бросился к роботу и стал составлять программу:

— Так, так… домохозяйка…, повар.

— Это не главное, — прервал его Юрий, скрывая смех. – Сделай, чтобы она заставила его влюбиться.

— Наша Мария может всё, — Эдуард быстро исправил программу.

— Не забывай, любить означает желать человеку добра, — произнес Ярослав, как бы предупреждая о последствиях.

— Встряска ему не помешает. Отвези Марию в дом Яковлевых!

 

До поселка Константин, сын профессора Яковлева, в последнее время ходил пешком. Вот и сейчас вышел из скоростной электрички и, найдя взглядом фигуру своей одноклассницы Маши, поплелся следом.

«Подумает, что навязываюсь», — испугался Костя, замедляя шаг.

Но ноги сами несли вперед, тем более, девушка шла ещё медленнее, а её напряженная спина могла сказать о многом, но только не ему. Константин понимал, что таких, как он, красивые девушки не любят. Но Маша, жившая с ним на одной улице, была тихой девушкой, красавицей её можно назвать с большим трудом. В ней не было ничего вызывающего и сексуального, но Костю что-то тянуло к ней с невообразимой силой. Они поравнялись и долго шли, молча, рядом.

— Ты домой? – робко задал парень наиглупейший вопрос.

— Да, сегодня нужно сделать реферат по истории.

Прошло ещё несколько минут. Неудачно наступив на камень, Константин пошатнулся и задел локтем девушку. По их телам словно пробежал электрический ток, оба отшатнулись друг от друга.

— Извини! – промямлил парень.

Девушка кивнула головой. Около своего дома слегка замедлила шаг, остановился и он, через минуту кивнул головой:

— До свидания!

— До свидания! – ответила девушка и пошла к своим воротам.

 

Зайдя в дом, Костя глубоко вдохнул запах чего-то невероятно вкусного и направился в кухню.

— Тетя Галя, что сегодня…, — и застыл.

У плиты стояла красивая юная девушка, очаровательно улыбнулась и произнесла нежным голосом:

— Здравствуй, Константин! Твой папа уехал в командировку, а тетя Галя заболела – до завтрашнего вечера, если не возражаешь, с тобой буду я. Меня зовут Мария.

Не только возражать, и слова сказать не мог. Верхняя пуговица рубашки и галстук, словно живые сжали шею, стало трудно дышать. Костя попытался его развязать, но руки не слушались.

— Давай, развяжу!

Девушка подошла вплотную и стала развязывать галстук. Мягкие каштановые волосы, пахнувшие луговыми цветами, коснулись его губ, заставив задрожать от неведомого ощущения. Развязав галстук, повесила его на спинку кресла и стала расстегивать верхнюю пуговицу рубашки, касаясь пальцами шеи. Дыхание остановилось, всё закружилось перед глазами.

— Так лучше? – улыбнулась Мария.

— Да.

— Тогда пойду, наведу порядок в доме, а ты садись обедать!

Парень тут же плюхнулся на стул. Мария налила в тарелку горячий суп, положила на другую какие-то биточки, наполнила стакан апельсиновым соком и вышла. А он заворожено смотрел на дверь.

Когда вернулась, парень так и сидел, не дотронувшись до еды.

— Тебе не нравится, как я готовлю? – Мария удивленно подняла брови. — Борщ настоящий белорусский с ветчиной, а это картофельные крокеты, фаршированные свининой, очень вкусные.

— Нет, все хорошо, — парень испуганно схватил ложку.

— Ты где учишься? – юная домохозяйка резко сменила тему разговора.

— В школе, в одиннадцатом классе, — обрадовано затараторил парень. – В этом году буду на исторический поступать, хоть папа и против. Он работает в научно-исследовательском институте, занимается проблемами интеллекта роботов, а робот – и есть робот, все равно не сможет разобраться в чувствах человека.

— Люди тоже не могут разобраться в своих чувствах и совершают ошибки. Хотя, если смотреть на это глазами робота, любое решение человека – ошибка, он не может просчитать всех последствий.

— Человек и не должен просчитывать их, если это касается чувств.

— Костя, ты просто начитался умных книг, а в жизни даже с девушками не знаешь, как себя вести.

Парень, смутившись окончательно, встал и выбежал из кухни, зайдя в свою комнату, сел на кровать. Мысли путались:

«Что ей от меня надо?.. Какая она красивая!!!.. И почему я такой урод?»

Костя подошел к зеркалу, осмотрел свою фигуру, затем взял две пудовые гири и стал поднимать. Вновь подошел к зеркалу, пощупал мускулы и, махнув рукой, прошептал:

— Что психую? Завтра она уйдет, денёк как-нибудь вытерплю. Надо пойти помыться.

Осторожно зашел в ванную комнату, закрыв за собой дверь. После часового полоскания, подошел к зеркалу. Мокрый пушок волос на губе и подбородке был похож на не смывшуюся грязь.

«Пора начинать бриться», — и стал искать чем.

Найдя одноразовый станок и намылив лицо, стал скоблить верхнюю губу, затем скулы. Проводя очередной раз по щеке, рука дернулась, и лезвие, задев подбородок, оставила на ней след, из которого потекла кровь. Парень бросился к крану с водой и стал смывать её вместе с мылом, но кровь продолжала течь.

Прикрывая рукой порез, Костя бросился в комнату, где над диваном висела коробочка с красным крестом. Вытащив вату, стал промокать кровь, которая продолжала литься, и не заметил, как вошла Мария.

— Ложись! – приказала девушка, толкнув рукой в грудь.

Села рядом, касаясь бедром его тела, лишь прикрытого полотенцем, протерла порез какой-то жидкостью, залепила лейкопластырем.

— Полежи немного, я рядом посижу, — улыбнулась, опустив руку на его голую грудь. – А то голова закружится.

Кровь остановилась, и не только та, которая текла из раны, голова кружилась даже в горизонтальном положении. Парень посмотрел ей в глаза – в них была пустота. Это длилось какое-то мгновение – мелькнули лукавые искорки.

— Взрослым решил стать? – улыбнулась и, коснувшись губ парня своими, добавила. – Пойду ужин готовить.

Немного успокоившись, Константин стал анализировать происходящее:

«Послав её ко мне, предупредили, что я маменькин сыночек, вернее, папенькин, но суть это не меняет. Сам факт, что шестнадцатилетнему парню нужна нянька, говорит об этом, а я раз за разом доказываю. Мария видит во мне ребёнка: глаза пустые и, лишь когда надо, загораются загадочным блеском. Поцелуй, словно мать целует, такой же холодный. Мама нас с папой не любила. Мария ослепительная девушка, но такие, как она, на таких, как я, внимания не обращают. Просто работает гувернанткой, старается мне понравиться, чтобы сполна получить свои деньги. Пойду, погуляю».

Гулять не пошел – его тянуло к ней, хотелось услышать её голос, прикоснуться к её телу. Побродив несколько минут по большому отцовскому дому, «встретился» с девушкой.

— Костя, есть будешь? – буднично спросила та.

— Нет…, буду.

— Тогда идем! – на губах та же очаровательная улыбка. – Сегодня у меня курочка по-испански, с перцем и оливками в остром соусе. Мужчины должны любить всё острое.

Курица лежала на блюде среди полосок перца и оливок, залитых соусом, листочки душицы украшали блюдо и придавали ему восхитительный аромат. Костя любил поесть, но набрасываться на еду при девушке…

— Если стесняешься – могу выйти!

— Нет, останься! Садись со мной ужинать!

— Просто так посижу, но кушать не буду, по двум причинам: первая – я на работе, вторая – берегу фигуру. А у тебя в общение с девушками появились сдвиги – ты произнес первую членораздельную фразу. Ешь, ешь!

Съел половину. Мог бы и всю, но почему-то остановился.

— Ты вкусно готовишь. Спасибо!

— Пожалуйста! Ты чем в свободное время увлекаешься?

— Сижу за компьютером, — парень удивленно вскинул брови.

— Да, интересная и насыщенная у тебя жизнь. Какую комнату я могу занять?

— Любую – у нас комнат много.

— Тогда займу рядом с тобой. Вдруг ночью, что случиться.

— А что может случиться?

 

В своей комнате Костя добрый час пытался чем-то заняться, но всё валилось из рук. Взял гири, но и те с грохотом упали на пол.

В комнату вошла Мария покачала головой:

— Всё из рук валится? Иди постой под прохладным душем! Остынешь немного, посидим, поговорим, можно о любви.

Он беспрекословно подчинился. Вернулся с мокрой головой, но уже одетый.

— У тебя никогда не было девушки? – Мария, хитро улыбнулась.

— Ты, наверно, заметила, я далеко не красавец.

— Для мужчины это не имеет значения.

— Ты обратила бы на меня внимания? – неожиданно для себя спросил Константин.

— Нет.

— Так и знал, — тяжело вздохнул парень.

— Здесь совершенно другой случай: я пришла к тебе не на свидание, а на работу. Можешь считать – я робот.

— Вот видишь, я тебе не нравлюсь, и любая другая девушка считает так же.

— Знаешь, что думают восемь из десяти девушек, знающих тебя? Высокий парень, сын профессора, живут вдвоём с отцом в огромном коттедже. Разве такой крутой мальчик обратит на меня внимания?

— Такого быть не может.

— Почему? Девушки хотят от парней того же, что и парни от девушек, а женщины от мужчин. Это истина, просто некоторые особи обоих полов сомневаются в этом. К тому же, мужчины не должны забывать о главном предназначении женщин.

Константин был ошеломлен этим открытием. Никогда ни с кем он не разговаривал на эту тему, а сейчас рядом девушка, которая ему безумно нравилась и так просто говорила о самом сокровенном. Та же, улыбнувшись, произнесла:

— Придется тебя научить кое-чему, но повторяю: не вздумай влюбиться – я робот. Согласен?

— Согласен, — смело ответил парень.

— Буду создавать ситуации, а ты должен с честью из них выходить, а сейчас ложись спать.

Встала и вышла из комнаты. Константин добрый час просидел за столом, глупо улыбаясь, затем разделся, взял книгу и лег в кровать, надеясь, что чтение поможет уснуть, напрасно. Тут дверь открылась и вошла Мария, строго посмотрела и спросила:

— Почему не спишь?

— Бессонница.

— Ответ нормальный, — села к нему на кровать. – Закрывай глаза и спи!

Вдруг наклонилась и поцеловала парня в губы. Если бы поцелуй длился секунду! Но прошла вторая, третья, четвертая. Мария встала и направилась к двери, перед выходом повернулась, на лице появилась лукавая улыбка:

— Нормальный парень в подобной ситуации скорее задушил бы в объятиях, чем выпустил.

Выключила свет и вышла. Порядком измучившись, Костя заснул под утро.

 

Проснулся от щебета птиц, доносившегося из открытого окна. Быстро вскочил и направился в ванную комнату, помывшись, оделся во всё чистое и пошёл на кухню, из которой вкусно пахло ванилью и клубникой.

— Здравствуй! – произнёс с глупой улыбкой на лице.

— Доброе утро! Я тебе клубничный торт приготовила, — ответила Мария, не поворачиваясь от плиты. — Такого ты не ел.

Парень сел за стол, откусил немного и тут же затолкал в рот весь кусок. Увидев, что Мария покачивает головой, быстро прожевал лакомство:

— Я неправильно поступил, что набросился на еду?

— Как раз это – нормальный поступок, женщинам нравится, когда мужчины с удовольствием едят их стряпню, но он единственный с того момента, как я вчера выключила свет в твоей комнате.

— А что сделал бы нормальный парень?

— Для начала догнал бы девушку, затем… Впрочем ты до этого не дорос. И сейчас, зайдя в кухню, что ты должен был сделать? Подойти, обнять за плечи и поцеловать, для начала, в шею. Кушай, кушай! Пока весь торт не съешь, я тебя из-за стола не выпущу.

Константин ел и думал об удивительных вещах, о которых Мария говорила с такой легкостью:

«Неужели действительно можно запросто подойти к понравившейся девушке, обнять, поцеловать в губы?»

Парень перестал жевать и долго смотрел на её стройную фигуру, встал, подошел вплотную:

— Спасибо, Мария!

И пошел к двери.

— Опять струсил? – догнал его дерзкий вопрос.

Терпение у парня было долгим, но не бесконечным.

— Да пошла ты со своими ситуациями, робот несчастный! – грубо произнёс и закрыл дверь.

 

Бедный влюблённый забрел в дальний угол сада, где цвели вишневые деревья, наполняя воздух божественным ароматом и усыпая траву нежными лепестками, сел под дерево и опустил голову на колени.

«Просижу до вечера, пока не уйдёт. Чего эта Мария хочет? Заморочить мне голову? Она этого добилась. А мог я ей понравиться, хоть немного?».

— Извини! – послышались легкие шаги.

Костя поднял голову. Перед ним стояла его мучительница, села рядом и положила руку ему на плечо:

— Извини меня! Не обижайся! Ты мне понравился, вот и веду себя, как дура.

Всё – это предел! Парень развернулся, и та очутилась в его объятиях, их губы слились и тут он почувствовал, что падает в бездну. Поцелуй всё продолжался и продолжался, ладонь непроизвольно заскользила по её спине и очутилась на бёдрах. Мария повернула голову и попросила:

— Костя, не надо!

Он резко сел на траву, опустив голову, девушка села рядом, промямлил:

— Извини!

— Извиняться тоже не надо, — перед ним вновь прежняя Мария. – Пошли в дом! Ты мне всю блузку испачкал.

Встала и пошла. Эх, будь, что будет! Костя догнал девушку, обнял за плечи и поцеловал в щеку.

— Ты начинаешь исправляться, — улыбнулась и поцеловала парня в губы.

В их доме было две ванные комнаты, расположенные рядом. Парень зашел в одну из них, снял рубашку и стал умываться ледяной водой, слушая, как в соседней комнате течет вода.

— Костя, — раздался оттуда голос.

Парень на мгновение ткнулся в полотенце и побежал на зов. Девушка, подняв руки, пыталась расстегнуть замок на блузке.

— Помоги, что-то там заело!

Плохо соображая, Костя начал дергать замок и сломал его окончательно.

— Помогай теперь снять! – девушка, задрав руки, пыталась освободиться от одежды. – Голову мне не оторви!

После долгих попыток снять блузку, раздался треск порванной ткани, и девушка оказалась на свободе и… в его объятиях. Костя первый раз в жизни почувствовал в руках девичью талию, тугие мячики уткнулись в грудь. Рассудок начисто отсутствовал, остался лишь инстинкт.

— Только с ума не сходи! — прошептала Мария, отвечая на поцелуи.

Постепенно парень стал приходить в себя, когда разум вернулся к нему окончательно, вышел из ванной комнаты и зашел в соседнюю. Встав под душ, несчастный влюбленный попытался проанализировать ситуацию:

«Почему она так себя ведет? Словно её попросили научить меня, как вести себя с девушками. Папе такая идея не пришла бы в голову, тете Гале – тоже, а вот Эдику, Ярославу или Юрке – вполне могла. Они прислали свою сотрудницу. Я, конечно же, влюбился в неё, о чем ни капли не сожалею. А она? Едва ли. У неё сердце бьется ровно, а если в нём есть хоть капля любви, оно должно выскакивать из груди. А поцелуи? И на этот вопрос она уже ответила: «Девушки хотят от парней того же, что и они от них, а женщины от мужчин». Даже, если это так, ничего плохого нет. Была бы на её месте Маша! У них даже имена одинаковые».

Выходя из ванной комнаты, Константин увидел стоящую у двери в кухню Марию. Накинутый на голое тело короткий халатик, не мог прикрыть её стройных ног и упругих грудей, и разум вновь покинул парня, бросился к ней и стал целовать губы, шею, груди. Её сердце вновь билось ровно, но в страстном порыве парень прошептал:

— Хочу всегда быть с тобой!

— Это невозможно, — улыбнулась Мария. – Я ведь робот.

— Прости меня! – Костя опустил голову. – Не знаю, что на меня нашло.

— Не извиняйся, ты всё правильно сказал. Найдешь нормальную девушку и полюбишь по-настоящему.

— Боюсь, не смогу всё повторить сначала.

— А ты начни с того места, на котором мы расстанемся.

— Я люблю тебя, Мария! — прошептал парень, и вновь стал страстно осыпать её поцелуями.

 

— Это что такое? – раздался голос вошедшего отца.

— Папа, я люблю эту девушку, — твёрдо произнес сын.

— Я их всех уволю, — продолжал возмущаться Игорь Львович, словно не слыша его.

— Папа повторяю: я люблю эту девушку!

— Как ты был тюфяком, так и остался! — закричал он на сына.

Затем повернул Марию и, задрав халат, раздвинул лопатки.

— Она робот!? – парень был буквально в шоке.

— Вы там, что обалдели? – уже кричал в телефон Яковлев.

— Игорь Львович, вы же просили испытать её в реальных условиях и не засветиться.

— Но не на моем же сыне.

— Ему это лишь на пользу пойдет.

— Забирайте её отсюда! — сбавив тон, приказал Яковлев и выключил телефон.

И тут Костя засмеялся, обхватив голову руками.

— С тобой всё в порядке? – испуганно спросил отец.

— Папа, я действительно тюфяк, — продолжал смеяться сын. — Мария даже не скрывала, что она робот. Я не жалею о случившимся. Спасибо ей!

 

Увидев выходившую из калитки одноклассницу, Костя побежал за ней, догнав, повернул к себе и прошептал:

— Я люблю тебя, Мария!

Мелькнули её счастливые глаза, и он почувствовал бешенный стук вырывающегося из груди девичьего сердечка.

Рейтинг: +2 Голосов: 2 207 просмотров
Комментарии (26)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика