2-й поединок 1/8 финала ЛК-18

14 июля 2018 - Александр ПАН

ГОЛОСОВАНИЕ ЗАКОНЧЕНО

ПРОСИМ АВТОРОВ И ГОСТЕЙ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ДИСКУССИИ

 

 

 

Записки деревенского «парня»

Анна Григорьева

 

Я простой деревенский парень. Зовут меня Дизель. Мне четыре года. Родителей своих я не помню, но от них мне досталась шикарная шубка. Видно кто-то из них был породистым. В двухмесячном возрасте я оказался на обочине жизни. Меня выпустили погулять и забыли. Мне стало страшно. Я забрался на дерево и там немного успокоился. Мне хотелось есть, я заплакал. Никто не обращал на меня внимания. Я просидел на дереве день и ночь. Потом подошли двое взрослых людей и маленькая девочка. Девочка попросила папу снять меня с дерева.

В теплых, ласковых руках девочки я заснул, а когда проснулся, то оказался в деревне. Здесь меня накормили и дали место в коробочке. Так я стал жить в деревне, в семье, с папой, мамой, бабушкой Майей и девочкой Мариной.

 

Знакомство с обитателями птичьего двора

Двор, по моим масштабам, был очень большой. Я сразу все не запомнил, кто, где живет и чем занимается. Поначалу я подошел к маленьким пушистым желтым комочкам. Они пищали. Я хотел с ними подружиться, но большая хохлатка ударила меня твердым предметом по голове. Я отошел в сторону. Меня неправильно поняли. Я никого не хотел обидеть. Мне было больно. Бабушка Майя, увидев происшедшее, взяла меня на руки, погладила, объяснила, что это маленькие цыплята, и я успокоился. Меня сразу потянуло в сон.

Потом я познакомился с утятами. Это тоже были желтые комочки, но они крякали. Постепенно я привыкал ко всем жителям двора.

Мне показали вольер, где были собаки. Я их обходил стороной. Было жарко и собаки лениво махали хвостами. Но когда я проходил мимо них, они рычали на меня. Я понял, что с ними лучше не связываться. Когда я сидел на пригорке и грелся на солнце, собаки неиствовали, рвались изо всех сил из вольера. Я понимал, что они меня не достанут и ничего не сделают, чем дразнил их.

За все время, что я живу в деревне, я никого из малышни не тронул и не обидел. Я всегда был сыт, но даже, если бы я был голоден, то все равно маленьких цыплят и утят не стал бы обижать, это не в моих правилах.

В больших зарослях я встретился с зеленоглазкой. Она была юркой и пыталась убежать от меня. Я догнал её на лужайке и лапками стал с ней играться. Зеленоглазка решила меня поцеловать и открыла свой ротик. Тогда я приблизился к ней и в это время она почему -то меня сильно укусила за нос. От боли я захныкал, но не отпустил её от себя. В это время желтая хохлатка кругами ходила возле меня и делала вид, что клюет траву. Потом она резко выхватила зеленоглазку и побежала по двору, а за ней, громко крича, погнались остальные обитатели двора. Ну и пусть! Я остался лежать и думать, чем заняться.

 

Кролики

Под деревом стоял железный домик. Там было прохладно и я решил обследовать его. В нем жили такие же пушистики, как и я, но другого, дымчатого цвета. Я пробрался к ним через прутья, чтобы познакомиться, стать друзьями. Они ели травку и сухое зерно, предложили мне попробовать. Зерно было твердым, а трава не вкусной. Как могли они это есть! Я хотел уйти назад, но ничего не получилось. Пришлось ждать, когда придет папа и освободит меня из плена. Папа сказал, что это кролики, что я могу с ними дружить. У меня с ними сложились теплые, дружеские отношения. Так я нашел себе друзей, и когда нужно было, становился их на защиту.

Папа научил меня заходить в дом в свое отсутствие. Возле форточки стоял табурет. Я запрыгивал на табурет, а потом на форточку и так я оказывался в доме.

Надо сказать, что я рос в любви и ласке. Взрослые часто брали меня на руки, тискали, гладили, игрались со мной. Когда меня гладили, я громко урчал и засыпал под свой храп. Видимо поэтому меня назвали Дизелем. Мне нравится мое имя.

 

Зимой

Пришла зима. Однажды выпрыгнув из окошка, я попал в мягкое и белое покрывало. К тому же оно было холодным. И вся земля была белой и пушистой. Я стал визжать от новых ощущений. Папа сказал, что это зима. К зиме я подрос, шубка у меня стала очень пушистой, теплой, так что мне не была страшна зима.

Потом стало теплеть, с крыш капали сосульки, через пруд, как зимой, нельзя было ходить, так как лед начал таять. С наступлением теплоты у меня появились проблемы. Моя шубка стала лохматой, в комьях. Некоторые комья вырезал папа. Но у него много дел и поэтому я сам занимался собой. Садился удобно и зубами вырывал комки шерсти. Иногда это получалось хорошо, а иногда было больно. Я терпел эти неудобства. Зато к лету я стал стройным, с короткой стрижкой. Неплохо так выглядел, особенно в области живота. Да и летом не так жарко.

 

Травма

Однажды я забрался на дерево и задремал. Услышав легкий шорох, я приоткрыл один глаз. Я увидел, что к клетке кроликов приближается черная ласка и готовится к прыжку.

Кроликам угрожала опасность! Недолго думая, я дико заорал и прыгнул на метлу, стоявшую у клетки. Вместе со мной метла упала на ласку, и мы с ней задрались. На мой крик прибежал папа и отбил меня от ласки. Ласка сбежала. Я чувствовал себя героем! За то, что я спас своих друзей, кроликов, папа покормил меня колбаской! Вкусно-то как было!

В этой драке я получил травму в области щеки. Я думал, что все заживет, как и раньше это бывало. На лице в области челюсти появилась большая опухоль, и она ныла и болела. Я не мог нормально жевать. Это заметили папа и бабушка Майя. На семейном совете они решили отвезти меня в город, в больницу.

 

В сумке-переноске привезли меня к доктору. Здесь я увидел множество своих сородичей. Все терпеливо ждали приема доктора. Вот и моя очередь подошла. Я задрожал от неизвестности, когда меня посадили на стол, а доктор стал осматривать рану.

– Надо оперировать, само не пройдет, – сказал доктор.

У меня выстригли шерсть на лапе, взяли кровь на анализ, а потом унесли в операционную.

Проснулся я с повязкой на голове. Это было так неудобно, мне она мешала. Майя гладила меня и просила, чтобы я не трогал повязку, чтобы быстрей все зажило.

Каждый день меня возили на перевязки. Это были неприятные процедуры: промывание раны и уколы.

 

Ожидая приема, я познакомился с некоторыми котами.

Один парень, я его прозвал «Нельсон», шустрый такой, снискал мое уважение. У него был один глаз, а другой, как сказала его мама, потерял в бою, Он не боялся никаких процедур, не хотел лежать на столе и вертелся по сторонам. Мама гладила его и успокаивала.

Мельком я видел, как лежала на столе большая, белая московская сторожевая собака. Она была головой к стене и не видела других посетителей. Овчарок приводили много, они поскуливали при виде котов, я в ответ тоже начинал немного заводиться, но все проходило без эксцессов.

 

Британец

На третий день на процедуры меня занесли в большой зал, где посредине стоял операционный стол для перевязок. И вот до сих пор с неприятностью вспоминаю серого-голубого кота, британца. Бр-бр! Ужас какой-то!

Капельница у меня закончилась, но ветработники в это время уже возились возле него, англичанина.

Как же, важная птица!

Краем глаза, я видел, что у него была открытая рана, которая не заживала. Доктор стал обрабатывать рану. Тот завыл как потерпевший, аж, мне стало страшно. Я тоже стал выть. А так как меня держала Майя, то я от страха её укусил. Потекла кровь. Она бросила меня, и тогда ко мне подошел фельдшер и стал снимать капельницу. Если бы это сделали вовремя, мы бы ушли и ничего такого не случилось.

Мне до сих пор неловко перед Майей, я просил у неё прощения, лизнув её за руку. Я знаю, что она не обиделась на меня. Она поняла, что меня спровоцировал серый кот. Его втроем держали, а он орал благим матом, а все потому, что ему не сделали обезболивание. Пока бабушке обрабатывали рану, со мной был медбрат Михаил, который поставил мне очередную порцию уколов.

Из-за этого кота на следующий день меня хотели поместить в смирительную красную рубашку, но я вел себя спокойно, и рубашку не применили. День прошел нормально и все потому, что британца в это время не было.

 

Обезьянка

Как-то мы в очередной раз ожидали свою очередь на капельницу, рядом с Майей сидела работник клиники, мастер чистоты.

– Ранее я жила во Владивостоке, – начала говорить женщина, сделав перерыв в своей работе.

– Муж у меня был моряк, и однажды привез обезьянку, и та стала жить у нас. Обезьянка очень любила мужа. Сядет ему на плечо и давай в голове волосы перебирать, так нежно и ласково гладит его по голове. Погладит, погладит, а затем заглядывает в лицо, хорошо ли ему?

Как-то летом я читала в саду. Обезьянка села мне на плечо и со всей яростью стала дергать мои волосы в разные стороны, бить кулаками по голове. Потом она выхватила из рук книгу и быстро взобралась на макушку дерева. Оттуда стала бросать вырванные из книги листы, вначале порвав их на мелкие кусочки.

Много было у неё проделок, всех и не вспомнишь, приходилось её и привязывать. Однажды, возвращаясь с работы, я увидела под окном гору моего белья. Люди проходили мимо и улыбались.

Я вынуждена была сказать мужу: «Или я или она. Пристрой её куда-нибудь. Невозможно так жить!». Потом я уехала на свою малую Родину и вот уже двадцать лет здесь живу, – закончила свой рассказ женщина.

 

Хочу домой

В городе я жил в квартире у Майи. Мне было очень тоскливо. Я очень хотел домой, в деревню!

Из окошка я наблюдал жизнь на улице, подходил к двери, просился, хотел уйти, но меня не выпускали, говорили, что я могу заблудится.

 

Наконец-то я дождался, когда меня отвезли в деревню.

О, как я обрадовался! Я так соскучился за деревней!

Очень я люблю возвращаться домой, обнюхать все свои кусты, лежанки, посетить друзей!

Мне ещё несколько дней давали таблетки, а потом лечение закончилось.

Через три дня моя жизнь пошла своим чередом.

 

 

 

История волшебного шпица

Елизавета Разуваева

 

Жила-была маленькая девочка, которую звали Вера. И был у нее лучший друг, маленький белоснежный шпиц Чарли. Собственно, других друзей у девятилетней Веры и не было. Родители девочки умерли год назад, а дядя с тетей, у которых она жила, хотя и не обижали племянницу, не очень-то любили ее. Вообще-то Верин дядя был неплохой человек, но он был слишком уступчивый. Тетя же наоборот, была женщина властная и не очень заботливая и добрая. У них с дядей не было детей, Вера не знала почему, но думала, что это, потому что тетя их просто не любит. Она предпочла бы, чтобы и Вера не жила с ними, но дядя не позволил бы отправить ее в детский дом, а остальные родственники девочки либо уже умерли, либо жили в других городах, и Вера почти их не знала.

Своего пса Вера считала волшебным, и он на самом деле был не совсем обычной собакой. Когда он появился, Вере было шесть лет. Щенков у родителей Чарли тоже было шесть, и все, кроме него, были абсолютно черными. И родители Чарли тоже. Сам же Чарли был белым как снег, и из-за этого был похож на белого медвежонка. Девочка сразу заметила необычного щенка, и попросила, чтобы родители взяли именно его. Они согласились. Вера и Чарли быстро подружились, и даже дядя с тетей не стали их разлучать, поскольку знали, как Верины родители любили этого умного пса. Через некоторое время выяснилось, что Чарли не просто очень умный пес…

 

Однажды ночью Вере приснилось, что они с Чарли гуляли на улице, и увидели странную старушку, которая продавала яблоки, но почему-то решила угостить Веру одним из них. Вера поблагодарила старушку и взяла яблоко.

— Бери, бери – сказала старушка – И пса своего береги. Он у тебя волшебный.

Вера доела яблоко и хотела спросить у старушки, почему она так сказала, но та уже исчезла вместе со своим прилавком и яблоками.

Через несколько дней после этого сна Вера и Чарли заблудились, и девочка стала просить своего друга найти дорогу домой. Но пес почему-то начал тянуть свою хозяйку в противоположную от дома сторону. Вере не хотелось потерять еще и Чарли, и она пошла за ним. Как ни странно, он привел ее… в цирк, из здания которого только что вышел странный худой и высокий человек, с довольно длинными светлыми волосами, большим носом и в коричневом костюме. Человек заметил их, и спросил, кто они такие.

— Я Вера – ответила девочка – А это мой пес Чарли.

— Ну что ж, будем знакомы – улыбнулся человек – А я Генрих Арнольдович, директор этого цирка. Ты наверно, хотела устроиться в нашу детскую цирковую студию?

— Нет – ответила Вера – Я вообще не знала, что она у вас есть. И потом, вам ведь, наверное, нужны гимнасты. А я не очень гибкая.

Генрих Арнольдович задумался, а потом вдруг спросил:

— А Чарли, твой пес? Он умеет что-нибудь делать?

На этот раз оказалось в точку. Выяснилось, что Вера научила своего друга многим командам и фокусам, и Чарли запросто мог выступать в цирке.

Посмотрел на это Генрих Арнольдович и сказал:

— Вообще-то у нас нет детского отделения для дрессировщиков, но с тобой мог бы позаниматься кто-нибудь из взрослых циркачей. Хочешь? Я, если что, с родителями твоими договорюсь.

— У меня нет родителей. Я сирота – грустно сказала Верочка.

— Прости – ответил Генрих Арнольдович — Но тогда где ты живешь? Ближайший детский дом далеко отсюда, а ты к тому же еще и с собакой.

— Я живу с дядей и тетей – объяснила Вера – Я хотела бы стать дрессировщицей, но думаю, они меня не отпустят с вами.

— Просто отведи меня к ним – сказал Генрих Арнольдович – А твоих дядю и тетю я беру на себя. Договорились? И кстати, как зовут твоего дядю?

— Александр Иванович – быстро ответила Вера – И лучше будет, если вы поговорите с ним, потому что если моя тетя Анфиса откроет дверь, она может даже не пустить вас на порог.

Однако, Генриха Арнольдовича это не испугало. И хорошо, потому что Верины опасения подтвердились – дверь им открыла Анфиса.

— Ты что, заблудилась?!- начала она отчитывать племянницу – Ты вообще в курсе, который час?!

— Здравствуйте, меня зовут Генрих Арнольдович, и я хотел бы поговорить с Вериным дядей – перевел на себя внимание Верин новый знакомый – Ну так что, дома Александр Иванович?

— Александра Ивановича нет дома – начала было Анфиса, и Вера уже совсем отчаялась, как вдруг из соседней комнаты раздалось:

— Анфиса, кто там? Вера уже вернулась?

Анфиса хотела выставить Генриха Арнольдовича вон, но к счастью Верин дядя вовремя его заметил. Вера и Чарли быстро ретировались, чтобы им не мешать…

***

С тех пор прошло уже восемь лет. Вере уже семнадцать, она закончила школу и скоро поступит в цирковое училище. Правда, оно находится в другом городе, и жить она будет в общежитии, но ей не страшно, поскольку туда же поступают некоторые ее друзья – дети местных циркачей. Верин дядя Саша развелся с Анфисой и теперь у него новая жена Рита, а у Веры теперь есть сестренка Лена, которой уже пять лет, и которая тоже хочет стать циркачкой, правда гимнасткой. А сама Вера твердо следует своей мечте – стать дрессировщицей и всегда будет благодарна своему "волшебному" другу.

Рейтинг: +6 Голосов: 6 326 просмотров
Комментарии (19)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика