1-й поединок 1-й тур 2-я группа

4 сентября 2018 - Александр ПАН

ГОЛОСОВАНИЕ ЗАКОНЧЕНО

ПРОСИМ АВТОРОВ И ГОСТЕЙ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ДИСКУССИИ

 

 

Ветврач

Велислава

 

— Ну как она, лучше?

Мужчина молча помотал головой и прикрыл дверь в комнату. Из комнаты доносился надрывный кашель.

— Я боюсь, тут уже ничего нельзя сделать...

***

Солнечный луч приветливо скользнул по светлой стене небольшой комнатки, где лежала женщина. Последние несколько дней ей стало совсем тяжело дышать, а кашель почти не давал отдыха.

Она глянула в окно, с трудом отвернулась к стене и закрыла глаза. Эта болезнь вымотала её окончательно.

— Маша, Маша, — раздался от окна вкрадчивый голос.

Женщина снова закашлялась и едва заметно махнула рукой. Гостей ей сейчас явно видеть не хотелось.

— Ну, разве ж так встречают дорогих и долгожданных?.. — с укоризной произнёс тот же голос и на плечо Маши легла чья-то ладонь.

"Худющая какая" — отстранённо подумала женщина и с трудом повернулась. И первое, что она увидела — большую пушистую дымчатую кошку, которая с радостным мявом запрыгнула на грудь Маше. Кажется, боль начала отступать.

— Не может быть, — ещё тише произнесла хозяйка обретённой кошки и перевела взгляд на женский силуэт, стоявший у окна. — Простите, вы кто?

Силуэт покачал головой и скептически хмыкнул.

— Ну, Маша, не узнать меня, это, конечно, надо постараться. Не уважила, обидно. А я тебе и Мышку твою привела...

Маша вспыхнула:

— Извините, вы за мной? Мышка давно умерла, а тут пришла здоровая и весёлая, как такое может быть? Или… или это просто бред...

— Ну конечно. — Смерть вздохнула и, подойдя к кровати больной, осторожно села на край. — Знаешь, а я устала. Представь. Тоже устала ходить, встречать вас, объяснять всё, словно вы в первый раз умираете...

— А что, не в первый? — удивилась женщина. — Смертушка, ты уж не серчай, но опыта у меня такого нет. Своего...

— Да всё у тебя есть, не помнишь просто, — махнула Смерть рукой. — Ладно, довольно трепаться, пора.

— Но… как же так? — на глазах у Маши появились слёзы. — Я не хочу! Я ещё столько не сделала!

— Да? — Смерть хитро взглянула на умирающую. — У меня другая информация. К тому же тебя очень ждут.

— Кто ждёт? — в очередной раз удивилась женщина.

— Ох… — вздохнула Смерть, достала блокнотик, пролистала его и перешла на официальный тон.

— Тимофеева Мария Сергеевна, 53 года, так… образование, место работы… Ветеринарная клиника "Друг". Особые отметки — помощь бездомным животным… Хмм...

Смерть замолчала, задумчиво глядя на кошку. Кошка никакого внимания на Смерть не обращала.

— Ладно. Слушай. На самом деле ты сделала многое. И сейчас тебя ждут там… — Костлявая неопределённо махнула рукой.

— В аду или в раю? — уточнила Маша.

— Ты издеваешься? — сверкнула глазами Смерть, откашлялась и продолжила. — Ад и рай — это ваши людские фантазии, ничего общего с объективной реальностью не имеющие. Ты помнишь, сколько жизней спасла? Нет. А они, зато все тебя помнят. И знаешь, обычно я прихожу по-другому. Но они очень просили. Поверь, ты им нужна там не меньше, чем здесь. Нужна, чтобы скрасить ожидание до новых возвращений сюда, в жизнь. Им тоже страшно. Ну же!

— Да, я не спорю. — Маша села на кровати. — Хорошо, я, кажется, готова, куда идти?

— Вот все бы были такими сговорчивыми, — Смерть хмыкнула. — А то, как маленькие девочки "не хочу, не буду, пусти, злыдня". Про радужный мост слышала?

— Радужный мост? По нему покидают нас наши любимцы… — женщина почесала за ушком у Мышки. Мышка потёрлась головой о её руку и спрыгнула на пол.

— Иди! — приказала Смерть и махнула рукавом.

Одна из стен комнаты растворилась и Маша увидела впереди удивительный по красоте мост. Словно хрустальный, он переливался всеми цветами радуги и уходил куда-то в облака. Он казался воздушным и невесомым. Женщина нерешительно ступила на мост. "Дзынь" — тихонько запел он, словно тысячи серебряных колокольчиков вдруг заиграли какую-то волшебную мелодию. Маша взглянула в пронзительно синее небо и обернулась. Комнаты не было. Тогда она шагнула вперёд. Кошка важно прошла перед ней дальше по мосту, обернулась, негромко мяукнула и побежала.

— Мышка, подожди! — крикнула Маша и ускорилась.

Но тут же остановилась. Навстречу ей по мосту шли животные. Их было очень много — собаки, кошки, морские свинки, хомячки… Маша увидела забавного ёжика, и вспомнила, как лечила ему сломанную лапку. Глядя на других, вспоминала, что произошло с ними, кого спасла, а кого спасти не удалось. Вот котёнок, чёрный как смоль, лоснящийся, и не узнать то несчастное существо, что принесли к ней в операционную. Женщина поморщилась от воспоминаний. Того котёнка спасти не получилось, малолетки устроили ему индивидуальный концлагерь. Она наклонилась и осторожно его погладила, заглянув в чистые доверчивые глаза.

— Мои хорошие, мои дорогие… — она сидела и гладила подходивших к ней животных, утирая слёзы.

Среди них были и её животные, которых она держала у себя дома в течение своей жизни. Рано или поздно им приходилось её покидать, и теперь они всем своим видом выражали радость от долгожданной встречи.

— Мяу! — требовательно сказала подошедшая поближе Мышка.

— Да, иду-иду, — подхватилась женщина и, осторожно обходя обступившую её живность, пошла за кошкой. Остальные последовали за ней, чуть в стороне.

Пройдя какое-то расстояние, Мышка коротко мяукнула и остановилась, всем видом показывая, что дальше Маше неплохо бы прогуляться одной. Что Маша и сделала, оглянувшись на своих сопровождающих. Несколько нерешительных шагов и...

— Тимка! — изумлённый вскрик пронёсся над мостом, а в объятья женщины прыгнул большой лохматый пёс, свалив её на мост и облизывая лицо. — Тимка, Тимушка, я так скучала, мой родной!

Маша обняла собаку, зарывшись пальцами в густую длинную шерсть. Перед ней пролетели картинки воспоминаний, как родители принесли в дом совсем маленького щенка, как она играла с ним, и росли они вместе. Как он учил её любви и ответственности, как они гуляли часами по лесам и полям, устраивали различные игры и заплывы в реке, ныряли в сугробы зимой… Как он незаметно постарел и тихо угас на её руках. А сейчас она снова гладила его непослушную шерсть, обнимала его и трепала по голове, словно и не было долгих лет разлуки.

— Так вот кто меня ждал больше всего… Тимошенька. Идём!

Она встала и пошла вперёд по мосту в уже не страшившую её неизвестность, в окружении любящих и любимых существ.

 

 

 

Всё сбудется

Александр Паршин

 

Май 1985 года

Под стук вагонных колес хорошо засыпать и хорошо просыпаться. Юрий открыл глаза и увидел две пары красивых девичьих ножек, поднял голову над столом – на противоположной скамье сидели их обладательницы и с нескрываемым интересом рассматривали его.

— Что вылупились? – довольно грубо проворчал парень. — Быстро отвернулись!

Девчонки, хихикнув, слегка повернули головы, краем глаз продолжая наблюдать за ним. Юра встал, надел старое трико, растоптанные кожаные тапочки и, взяв полотенце, мыло, зубную щётку, направился в туалет. Вернувшись, минут через десять, умытый и побритый, улыбнулся своим попутчицам и спросил:

— Звать-то вас как?

— Меня Ярослава, — протянула руку смазливая блондинка лет восемнадцати.

— А меня Аня, — произнесла её подруга, выглядевшая более скромно.

— Юра, — представился он, стараясь казаться взрослым. — Жаль, что наше знакомство долго не продлиться, мне через два часа в Исетске выходить.

— Нам ещё раньше. Мы из Ломоносово, — улыбнулась блондинка. — Ты из самого Исетска?

— Я из Крыловки, — и тяжело вздохнув, добавил. – Три года там не был.

— Что-то я не припомню, где в нашей области такой населённый пункт? — спросила та явно с издёвкой.

— Вы, смотрю, из столицы, — буркнул ей в тон Юрка и, взяв стоящий на столе стакан, отправился за чаем.

Вернувшись, молча стал пить, с жадностью разглядывая мелькавшие за окном пейзажи, а девчонки – его, разговаривая о косметике. Так продолжалось несколько минут, пока поезд не подъехал к узловой станции.

— Мы с Аней погуляем немного, — обратилась к нему Ярослава всё тем же игривым тоном, — а ты за нашими вещами посмотри.

— Посмотрю, — кивнул парень, не отрываясь от окна.

За полчаса девчонки успели обойти все вокзальные киоски и возвращались обратно.

— Ярослава, тебе этот Юра нравится? – на лице Ани блуждала загадочная улыбка.

— Так-то вроде ничего, высокий, смазливый, но какой-то он… Одним словом, не в моём вкусе.

— А что тебе в нём не нравится?

— Грязное трико, рубашка, отсутствие денег, — Ярослава рассмеялась. — За такого я замуж не пойду.

— Может он студент? Выучится, сделает карьеру.

— Аня, какой он студент? Трусы казенные, тапки – тоже. «Сидел», наверно, сейчас домой возвращается. Видела, как родную природу за окном разглядывает. Он сам же говорил, что три года в своей Крыловке не был.

— Фигура у него красивая и руки сильные, — мечтательно промолвила Аня.

— Ну, и что из этого: домой тебя проводит, мороженным угостит, в драке заступится и загремит обратно в тюрьму лет на пять, а ты его ждать будешь. Даже, если не загремит, кем он будет? Или грузчиком или бандитом, в первом случае – сопьётся, во втором – опять же «посадят». В институт такого не возьмут, в милицию — тоже.

— Но ведь можно его как-то исправить?

— Аня, о чём ты говоришь? Представь его рядом со мной в этих дурацких трусах и тапках.

Та представила и, громко рассмеявшись, запрыгнула в тамбур и тут же воскликнула:

— Ярослава, посмотри!

В мусорном бачке лежала вся одежда попутчика, полчаса назад бывшая на нём.

— Аня, а он там, случайно, не голый? — рассмеялась подруга. — Что-то я на вешалке ни спортивной куртки, ни шикарного костюма не видела.

— У него что-то там, на верхней полке, лежало в чёрном целлофане.

Подошли к своим местам и остановились, изумлённо открыв рты. В морской парадной форме со значками и медалями на груди перед ними стоял их попутчик. Указательными пальцами обеих рук приподнял отвисшие челюсти девчонок:

— Что вы на меня, как на картинку смотрите?

 

Девушки сошли на своей станции, а он, проводив их, продолжал с жадностью смотреть в окно.

Лес становился всё гуще. Вперемешку с березами появились сосны и ели, их становилось всё больше. Они стояли плотной стеной по обе стороны движущегося поезда, а солнце прыгало по их макушкам, словно огненный шар. Сосны исчезли, открыв ложбинку и далеко, на горе, Юрий увидел телевизионную вышку районного центра, к которому относилась и его родная Крыловка. Сердце застучало, словно хотело выпрыгнуть из груди. Три года он служил в далёком Мурманске, три года не был дома, и вот осталось каких-то три часа.

 

Минут через пятнадцать поезд подъезжал к вокзалу. Сержант Юрий Яковлев, с улыбкой посмотрел внутрь дембельской фуражки, с надписью «ДМБ-85». Улыбнулся и, надев её на голову, стал пробираться к выходу.

«Взять, что ли, такси? — мелькнула мысль. — «Пятёру сдерёт», не меньше. Посмотрю, когда автобус».

Подошел к кассе пригородного автовокзала:

— Девушка, когда автобус на Крыловку?

— Через час, — улыбнулась кассирша. — Будете билет брать?

— Буду.

— С вас тридцать копеек.

Юрка положил сдачу в карман и пошёл к стоянке автобусов. По дороге увидел лоток с пирожками.

— Тётя, дайте пирожков! Я их три года не ел.

— Каких тебе, служивый? С капустой – четыре копейки, с луком и яйцом – шесть, с мясом – восемь.

— Давайте всех по два.

Он уплетал пирожки и глядел на проходящих мимо девушек. Когда пирожки кончились, парень сходил, помыл руки, попил газировки и стал ждать автобуса.

-Эй, красавчик! Хочешь, погадаю?

Перед ним, словно появившись из воздуха, стояла молодая ослепительно красивая цыганка.

— Сколько твоё гадание стоит? — улыбнулся Юра.

— Ты не смейся, — её чистый голос и прекрасные черты лица завораживали. — Всю правду скажу, а через десять лет сказанное мной сбудется. Насчёт платы – чем больше заплатишь, тем приятнее для тебя будут мои предсказания.

— Если бы твои слова были правдой, все деньги отдал бы.

Юрка вытащил деньги, около двух сотен, решаясь на предложения молодой цыганки и думая сколько отдать.

— Давай вот эту, больше ты всё равно не дашь, — гадалка взяла десятирублевую купюру и, не дав ему опомниться, стала гадать. — Через десять лет твой месячный заработок будет составлять двести тысяч рублей, а твоё жилище будет стоить пять миллионов. Приходи ровно через десятилетие на это место. Скажешь, сбылись ли мои предсказания.

— Ну, ты даешь! — с трудом выдавил парень.

Тут объявили посадку на его автобус, Юра повернул голову на голос, затем обратно. Цыганка словно исчезла.

— Да! – тяжело вздохнул. — Вот так дураков лечат.

Затем загадочно улыбнулся и мысленно крикнул вслед молодой гадалки:

«Я специально приду сюда через десять лет и найду тебя».

 

Автобус медленно трясся по просёлочным дорогам, а Юрий смотрел на знакомый с детства пейзаж и думал, о прошлом и будущем:

«Интересно, кто сейчас дома? Отец, наверно, на тракторе, мать – на ферме. Галька в куклы играет, а дед, наверно, забор ремонтирует. Приеду домой, дней десять отдохну и поеду Исетск, устроюсь на завод, получу комнату в общежитие, сдам документы в институт и, надеюсь, поступлю».

Вдали мелькнул его поселок и вскоре автобус повернул в сторону его родного дома. Как всё изменилось: магазин новый, и домов новых с десяток появилось.

Спрыгнул с подножки автобуса и побежал.

Его постаревший дед стоял у края забора и пытался поставить в вырытую яму железобетонный столб, столб был не слишком большим, но и силы у старика были не те. И вдруг столб сам поднялся и встал на место.

— Спасибо, мил человек, — буркнул старик, взглянув на него подслеповатыми глазами, — может ты, и подержишь, пока я камнями забросаю.

— Дед, ты, что совсем ослеп?

— Юрка, внучок, как ты вырос, я и не узнал сослепу.

— Эх, дед, родного внука не узнал, — радостно обнял его внук, — ладно, пошли домой переоденусь, затем столб поставим.

Тут раздался радостный крик. К нему кинулась красивая девушка в короткой юбке, красиво облегающей бёдра.

«Что за ненормальная? – подумал Юрка, разглядывая красавицу. — Сроду такой в посёлке не видел».

Та с разбегу повисла у него на шее:

— Братик, какой ты красивый!!!

— Галька!? Это ты?

 

Три дня гуляла родня по поводу возвращения Юрки Фёдорова, пока он сам твердым голосом не отрезал:

— Хватит, батя! Тебе завтра на работу.

Отец сразу протрезвел.

— Сын, а ведь ты у меня совсем взрослый, — затем, немного подумав, спросил. — Жить-то как дальше собираешься?

— В Исетск поеду на завод устроюсь, в институт поступлю, а когда стану богатым и вас к себе заберу.

— С чего у тебя такая уверенность насчёт богатства?

— А мне цыганка на вокзале нагадала.

 

 

Май 1995 года

Он достал из ящика стола чистый лист бумаги, долго смотрел на него, затем стал медленно писать:

«Начальнику цеха от старшего мастера Фёдорова Юрия Анатольевича. Прошу уволить меня по собственному желанию».

Размашисто расписался и поставил дату: двенадцатое мая тысяча девятьсот девяносто пятого года.

Юра шёл медленно, к нему постоянно кто-то подходил. Он останавливался, объяснял, приказывал и медленно продолжал свой путь. Поднялся на третий этаж и, опустив голову, зашагал мимо кабинетов.

— Здравствуйте, Юрий Анатольевич! — окликнул его женский голос.

— Здравствуйте, Наталья Викторовна!

— Сегодня получка.

— Спасибо! — первый раз за день улыбнулся Юра. – По сколько давать будете?

— Вам всю вашу получку. Все двести тысяч, до рубля отдадим.

— Ещё раз спасибо! — тяжело вздохнул он.

Юрий с минуту постоял у двери и вошел в приёмную начальника.

-У себя? – спросил секретаршу.

-У себя, заходите!

Зашел в кабинет и, молча, положил на стол заявление. Прочитав его, начальник с минуту сидел, уставившись в одну точку, затем, ударив кулаком по столу, закричал:

— Вы что, издеваетесь!? А может, сговорились? До инфаркта меня хотите довести!?

— Владимир Геннадьевич, вы и меня поймите, — не совсем уверенным голосом начал старший мастер. — У меня жена, сын в этом году в школу пойдёт, а я не знаю, где ему на форму денег найти.

— Сядь, Юра! — начальник достал таблетку, положил её на язык и запил водой. — Давай поговорим спокойно! Я на этом заводе сорок лет работаю, осталось два года до пенсии. И вот всё рушится, и не в моих силах это остановить. Ладно, это лирика. Тебе я вот что скажу: сегодня уже подал заявление на увольнение Борис Андреевич. Хотел на его место тебя поставить, а ты тоже надумал уходить. Без отработки тебе всё равно не подпишу. Подумай две недели, передумаешь – назначу мой заместителем, не передумаешь – бог тебе судья. Всё, иди, работай!

 

Он получил деньги последним, пересчитал, сунул в карман и направился домой. У проходной его поджидал бывший заместитель начальника цеха, Борис Андреевич и начальник цехового техбюро Дмитрий Горохов.

— Фёдоров, третьим будешь? – с грустной улыбкой спросил технолог.

— В каком смысле? — криво усмехнулся Юрий.

— Во всех. Все трое подали заявление на увольнение, и надеюсь, втроем пойдем на вокзал. Там пиво хорошее привезли.

— Поехали! — властным голосом проворчал Борис. — На работе начальство орёт, дома – жена с тёщей. Разок можно и расслабиться.

— У меня — то же самое, — с грустью в голосе произнёс Юрий.

— У всех то же самое, — ухмыльнулся Горохов. — Так, что, идём?

— Пошли! — в один голос произнесли будущие собутыльники.

— Да, Юрий, — спросил Дмитрий, когда уже подходили к вокзалу, — ты вроде квартиру купил?

— Купил, однокомнатную.

— И за сколько, если не секрет?

— За пять миллионов.

— Откуда такие деньги? – не унимался технолог.

— Сестрёнка младшая одолжила.

— Я серьёзно, мне жить негде. Ютимся у тёщи на птичьих правах.

— И я серьёзно, — вздохнул Юра. — Она у меня за коммерсанта замуж вышла и теперь вместе с ним тряпками на базаре торгует. Для этого деверя, или шурина, как его там, пять миллионов сумма обычная.

— А ты отдавать не торопись, — усмехнулся Борис. — Инфляция у нас в России чувствует себя хорошо. Через год, глядишь, и пять миллионов будут не деньги.

— Он не дурак. Хоть и дал в рублях, а считает в долларах.

— А мне и взять не у кого, — тяжело вздохнул Дмитрий. — Пойду в автосервис слесарем. Может, хоть немного деньги водиться будут.

— Ладно, хватит болтать! — оборвал их разговор Борис. — Дима, ты за пивом, Юра – за закуской, а я бутылку водочки куплю. На душе муторно.

Водка, пиво и закуска закончились, как всегда, быстро. Хватило благоразумия остановиться, и они направились к выходу.

Юрий вышел и остановился, удивленно раскрыв глаза. На площади стояла та самая прекрасная цыганка, гадавшая ему десять лет назад, когда возвращался из армии. Юра даже вспомнил её предсказания и с удивлением отметил, что они сбылись. Ноги сами понесли к ней. Она улыбнулась ему, как старому знакомому:

— Эй, красавчик! Хочешь, погадаю?

— Ты мне как-то раз гадала, десять лет назад.

— И мои предсказания сбылись. Не так ли?

— Сбылись, — произнёс, тяжело вздохнув.

— Хочешь, ещё раз погадаю?

— Сколько возьмёшь?

— Десять тысяч.

Юра достал деньги и отдал цыганке.

— Ты, парень, совсем рехнулся? — остановил его Борис и, обращаясь к цыганке, добавил. — Деньги верни!

— Боря, оставь её. Пусть погадает!

Цыганка улыбнулась, взяла его за руку и стала гадать:

— Через десять лет твой месячный заработок будет составлять двести тысяч рублей, а твоё жилище будет стоить пять миллионов рублей. Опять приходи ровно через десять лет на это место. Мои предсказания вновь сбудутся.

— Ты что, издеваешься? — вскипел Юрий. — Я тебя сейчас убью!

Борис остановил уже занесённую над ней руку. Бывший моряк легко вырвался, оттолкнул подбежавшего Дмитрия, но цыганка, как и в прошлый раз, бесследно исчезла.

 

Юра зашёл в свою ещё пахнущую ремонтом, квартиру поцеловал, вышедшую в прохожую, жену.

— Ты пьяный? – раздраженно спросила она.

— Ярослава, сегодня получку дали, мы бутылочку на троих выпили. Вот деньги.

— Ты сколько получил? – спросила супруга, пересчитав их.

— Двести тысяч.

— Здесь всего сто восемьдесят три. Ты что, семнадцать тысяч пропил?

— Женьке игрушку купил, машинку.

— Какая машинка? Юра, ты с ума сошел? Мы твоим родственникам по сто тысяч пять лет должны отдавать, — посмотрев на деньги, вновь произвела в уме какие-то расчёты. — Пусть твоя машинка две тысячи стоит, не мог же ты пятнадцать тысяч пропить?

— Цыганка обманула. Помнишь, я тебе рассказывал, когда из армии возвращался…

— Какая цыганка? Нам скоро есть нечего будет.

— Выкрутимся как-нибудь.

— Ты уволился?

— Заявление начальнику отдал, но он не отпускает. Хочет меня своим заместителем назначить. Зарплату повысят.

— Каким заместителем? Ваш завод не сегодня – завтра развалится. Деньги там никогда платить не будут, — слёзы ручьём полились из её глаз.

Заиграла мелодия дверного звонка. Юра повернулся и открыл дверь. На пороге стояла тёща.

«Тебя только здесь не хватало!» – подумал зло, но вслух выдавил. — Здравствуй, Екатерина Леонидовна!

— Ярослава, ты плачешь? — бросилась та к дочери. — Опять муженёк довёл? Что на сей раз?

— Получку получил и пятнадцать тысяч пропил, — Ярослава залилась слезами.

— И зачем ты за него вышла? – закричала тёща, больше обращаясь к зятю. — Будешь с ним всю жизнь голодная и оборванная.

— Слушай, «мама», — в голосе Юры появились жёсткие ноты. — Ты шла бы отсюда! Мы без тебя разберемся.

— Ты разберёшься? У тебя жена каждый день горькими слезами умывается.

Входная дверь открылась, и на пороге появился шестилетний сынишка:

— Папа, ты получку получил? Мне «денди» купишь?

— Ничего он тебе не купит, мой родной, — вмешалась в разговор тёща, — папа все деньги пропил.

— Сынок, вот тебе машинка, — стараясь говорить как можно спокойней, произнёс Юрий, — иди, погуляй, а мы тут с бабушкой поговорим.

— О чём мне с тобой говорить, когда ты уже пить начал, — пошла в атаку тёща. — Скоро гулять начнёшь. Кстати, ты уволился?

— Мама, он хочет остаться. Будет в начальники выбиваться.

— Он в начальники? Да, он в семье порядок навести не может.

— Слушай, Екатерина Леонидовна, вали отсюда! — взревел Юрка.

— Только и можешь над женщинами издеваться, — не унималась тёща. — А как деньги заработать – тебя нет!

У Юрки сильно болела голова, хотелось лишь одного – отдохнуть, хотя бы полчасика, затем всё обсудить в спокойной обстановке, но мать его жены продолжала ругать его самыми последними словами.

— …не можешь прокормить семью, совсем уходи, — продолжала Екатерина Леонидовна. — Без тебя как-нибудь обойдёмся.

— Может, мне под машину броситься? – неожиданно, и для самого себя, произнес Юра.

— Ты и под машину броситься не сможешь, — засмеялась тёща. — Слабак несчастный!

Не понимая, что творит, Юрка выбежал из подъезда и побежал в сторону дороги. Не останавливаясь, вылетел на проезжую часть и бросился под колеса огромного чёрного джипа. Перед глазами мелькнул бампер, над головой нависло колесо и под пронзительный визг тормозов остановилось, уже задев волосы.

Раздалась ругань, показались бегущие ноги. Его подняли и поставили около машины.

— Жив? – спросил его высокий парень.

— Да, — промямлил самоубийца.

— Так вот, сейчас я тебя убью, — он схватил Юрку за грудки.

— Не трогай! — раздался властный голос.

Из машины вышел невысокий парень его возраста в дорогом чёрном костюме и очках в золотой оправе, подошел вплотную:

— Ну что, Юрка Фёдоров, здравствуй!

— Муравей!?

— Муравьёв Никита Олегович, — раздался над ухом злой голос телохранителя.

— Оставь его, Пётр! — и, улыбнувшись, кивнул на машину. — Садись, поехали!

— Куда?

— Отметим твой второй день рождения.

Юрий всё еще не мог поверить, что рядом с ним сидит тот самый Никита, с которым он два последних года учился в районной школе. Муравей был самым слабым парнем в классе, но на фоне их, деревенских, выглядел аристократом, вызывая раздражение. Его били. Он не жаловался, но и не менялся. Даже с синяками на лице, выглядел всё тем же аристократом. Однажды, сам не зная почему, он предложил Никите дружбу. Тогда Юрка Фёдоров был чемпионом города по боксу среди юношей, и Муравья стали обходить стороной. И вот сейчас этот самый Никита Муравьёв имеет шикарную машину и личных телохранителей.

 

Зашли в ресторан, официанты быстро накрыли столик. Муравьёв, взял в руки бутылку коньяка и разлил по рюмкам:

— Давай за встречу!

Выпили, Никита прожевал дольку лимона и, улыбнувшись, приказал:

— Рассказывай!

— О чём? – хмуро спросил Юра.

— О семье, о работе, о проблемах.

— Женат, сыну шесть лет. Работаю на заводе старшим мастером.

— Юра, а можно не так официально и нудно? Ты на нашем машзаводе работаешь?

— На нём. Понимаешь, Никита, мне моя работа нравится, но платят мало и не вовремя. Младшая сестра вышла замуж за торгаша, и они теперь вместе нижним бельем торгуют, тесть набрал бригаду, и в коттеджах канализации монтирует. И те, и эти неплохо живут, мне к своим бизнесам присоединиться предлагают, но не хочу я канализациями заниматься, а тем более торговать нижним бельем, как, впрочем, и верхним. Я хочу заниматься тем, чем умею. Сегодня написал заявление об увольнении, тёща с женой достали, а начальник предложил место заместителя по производству. Понимаешь, Никита, это моё место. Сегодня получку дали, двести тысяч, вот мы с коллегами, так же подавшими заявление на увольнение, купили бутылку и отметили это, далеко не радостное событие. Через две недели пойду к тестю в бригаду.

— А что, завод совсем бесперспективный? – неожиданно спросил бывший одноклассник.

— Совсем наоборот. Нашёлся бы богатый человек, выкупил его, вложил разумную сумму в реконструкцию, нашел каналы сбыта. Наша продукция нестандартная, должна же она спросом пользоваться. Руководство хорошо бы сменить. Они лишь о собственной прибыли пекутся.

— Давай еще по одной выпьем! Знаешь, за что?

— За что?

— За то, что твои слова станут явью.

— Я не понял, о чём ты? — улыбнулся Юрий. — Давай, но по последней! Дома разговор с женой предстоит серьёзный.

Вновь выпили, и снова Никита властным голосом произнес:

— Юрка, помнишь, пятнадцать лет назад ты сказал: Никита, слушай меня, и всё будет в порядке. Теперь ты слушай меня!

Загадочно улыбнулся и продолжил:

— Вчера я выкупил ваш завод. Вложу в его реконструкцию разумную сумму, найду каналы сбыта. Ведь ваша продукция нестандартная, должна же она спросом пользоваться. Завтра сменю руководство, поставлю нового директора, есть у меня один очень умный руководитель, — Никита вновь загадочно улыбнулся. — А ты у него заместителем будешь. Пять тысяч долларов в месяц, премии пока не будет. Домашние проблемы, думаю, сам решишь…

 

 

Май 2005 года

Юрий Анатольевич положил в карман сотовый телефон и крикнул дочери:

— Жанна, машина приехала.

— Папа, бегу, — она впереди отца выбежала из квартиры и, цокая каблучками, побежала по лестнице.

— Батя, — остановил его у самой двери сын, — у нас вечер намечается по случаю окончания предпоследнего класса. Хотим отметить это знаменательное событие.

— И тебе, Евгений Юрьевич, конечно, нужны деньги?

— Папа, ты ужасно проницателен.

— И сколько?

— Всего пять штук, — разведя руки, произнес Женька и, улыбнувшись, добавил, — рублей.

— Да у нас в стране прожиточный минимум восемьсот, этих самых рублей, в месяц, — покачал головой отец.

— Папа, очень нужно. Твоему сыну уже шестнадцать, а это значит – он будет не один.

— Придётся, — достал бумажник и отсчитал требуемую сумму, — год-то окончил как?

— Пятёрок больше половины, но есть и четвёрки. Думаю, в течение последующего года учителя поймут, что я гениален, и твой сын закончит школу с золотой медалью, в крайнем случае, с серебряной.

 

Он отвёз дочь в школу и поехал на завод. Зашел в свою, директорскую, приёмную:

— Здравствуйте, Юрий Анатольевич! – встала на встречу его секретарша.

— Здравствуй, Татьяна!

— Звонил Никита Олегович, просил, как вы придёте, позвонить.

— Соедини!

— Минуточку, — нажала кнопку и тут же подала трубку.

Он услышал неунывающий голос своего друга, бывшего одноклассника, Никиты Муравьева:

— Здравствуй, Юра!

— Здравствуй, Никита!

— У тебя сегодня новоселье?

— До новоселья далеко, — мечтательно улыбнулся Юрий. — Сегодня лишь приёмка.

— Я вот что звоню. Сегодня понедельник, до субботы можешь на заводе не появляться. Суханов справится, а ты переселяйся, обживайся. В субботу приглашай на новоселье.

— До субботы не успею.

— Успеешь! — раздался твёрдый голос Никиты. — Я тебе с десяток лоботрясов пришлю. Можешь их использовать по своему усмотрению, всю неделю. Всё, без возражений! В субботу – новоселье.

— Постараюсь.

— Теперь о главном. Намечается очень перспективная тема. Главный олигарх Украины заключает с нами контракт на поставку оборудования для шахт Донбасса.

— Так это же…

— Это, Юра, теперь наши самые большие деньги. Завтра еду подписывать.

 

Юрий Анатольевич вместе с прорабом осматривал комнаты, подвал, сауну. Всё это делал формально. Коттедж строился на его глазах, и он здесь знал каждый кирпичик.

— Всё нормально, — улыбнувшись, произнёс хозяин нового дома, когда все вышли во двор. — Давайте бумаги!

— Юрий Анатольевич! — радостно произнёс прораб. — Строительство, как договаривались, обошлось вам в пять миллионов рублей. Два с половиной вы перечислили в начале строительства, остальные за вами.

— Они будут перечислены сегодня.

— Шеф, а с вас должок, — произнёс, стоящий рядом бригадир строителей, — ещё с прошлого года.

— Иди, в багажнике забери, — весело кивнул он на свой «Мерседес», — там, рядом, пакет с закуской. Первую можешь открыть сразу – вместе выпьем.

Из салона машины вышел водитель:

— Юрий Анатольевич, подойдите к телефону, вам жена звонит.

— Что, Ярослава? – спросил он, взяв трубку.

— Ты где?

— Только что подписал приёмку нашего дворца.

— Всё, еду хозяйничать.

— Никита собирается в субботу на новоселье. Тебе придётся поторопиться.

— Успею. Дорогой, через два час твоя мама приезжает. Ты не забыл?

— Встречу.

 

Обнял мать, спускающуюся с подножки вагона представительского класса:

— Мама, как отдохнула?

— Ой, хорошо, Юра! А какой в этой Анапе песок!

— Юрий Анатольевич, — произнёс водитель, пряча в карман сотовый телефон, — вам просили передать, что ваша зарплата перечислена на ваш счёт и, по секрету, что она теперь составляет двести тысяч в месяц.

— Ладно, поехали!

Повернулся в сторону вокзала, чтобы скрыть довольную улыбку, и увидел ту самую цыганку. Она совсем не изменилась. Сам не зная почему, пошел ей навстречу.

— Старый знакомый? — улыбнулась та. — Вижу, мои слова вновь сбылись?

— Сбылись, спасибо!

— Давай еще раз погадаю.

— Сколько? — спросил он шутливым тоном.

— Десять долларов.

— Что ж погадай! — произнёс Юра, доставая требуемую сумму.

Она взяла его руку:

— Через десять лет твой месячный заработок будет составлять двести тысяч рублей, а твоё жилище будет стоить, пять миллионов рублей.

Юрий Анатольевич слушал цыганку и улыбался. Как он далёк, этот две тысячи пятнадцатый год! Экономика в стране стабилизировалась, все идет прекрасно. Никаких потрясений и кризисов в обозримом будущем в России не намечается. А контракт с Украиной открывает небывалые перспективы.

 

Рейтинг: +4 Голосов: 4 923 просмотра
Комментарии (50)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика