2-й поединок 2-й тур 3-я группа

18 августа 2019 - Александр ПАН

ГОЛОСОВАНИЕ ЗАКОНЧЕНО

ПРОСИМ АВТОРОВ И ГОСТЕЙ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ДИСКУССИИ

 

 

Знай наших

Ольга

 

Макс сидел на пеньке возле дома, нежась на солнышке, ковырялся в телефоне и ждал, когда позовут на обед. Когда позади себя услышал визг и топот, он оглянулся и подскочил, едва не выронив мобильник. Мимо него на шпильках в короткой юбчонке и ярком красном топике с глубоким декольте, из которого норовили выскочить от бега женские прелести, пронеслась длинноногая девица. За ней агрессивно похрюкивая, бежало с десяток свиней.

— Эй, Дамбо, очнись, спасай чику! — услышал он задорный крик тетки, и тут же увидел её у загона, с довольной ухмылкой на лице, откуда выскочили свиньи.

Тут же подхватив первую попавшуюся палку, Макс грубо прикрикнув на свиней, преградил им путь, треснув самого норовистого борова по хряпе, он ловко завернул стадо обратно в загон.

— Что это было? — с удивлением оглядываясь на все ещё нелепо бегущую красотку, спросил Макс у Сары.

— Конкурс красоты, — засмеялась та.

Увидев недоумение на лице племянника, продолжила:

— Явилась фифа, мисс вселенная, благотворительность у них, хах! Для бедных зверушек, вот я и предложила для начала показать мне любовь к этим зверушкам и, покормить поросят.

 

 

 

Переправа

Иван Морозов

 

После окончания четырех классов у себя в хуторе, с пятого по седьмой мы ходили в Гороховскую среднюю школу. Так как село находилось на противоположном берегу Дона, нам приходилось дважды в день переправляться на лодке.

Вроде бы ничего сложного: переправившись, мы по диагонали пересекали трехкилометровый луг, проходили по улице села и вот она, школа. Но чтобы успеть к началу уроков, вставали в шесть часов утра и шли к реке, где нас ждал перевозчик дядя Гриша, мужчина шестидесяти лет. Осенью и весной рассветает поздно, переправляться было сложно. Не успев отъехать от берега, мы тут же теряли его из виду. Земля, вода и небо сливались в темноте, и непонятно было куда плыть. Выручал дядя Гриша. Сидя с веслом на корме, он вел лодку по приметам, известным только ему, и подъезжал точно к тропинке, ведущей на луг. Пересекая его, мы часто отклонялись в сторону и, заблудившись в темноте, опаздывали на уроки…

 

Подходил к концу третий год нашей учебы в Гороховке. Весна была ранняя, а значит и ледоход начался раньше. Поэтому, в ожидании, когда он закончится, мы жили на квартирах у родственников.

Через две недели, в субботу после уроков, надеясь, что лед на реке пронесло, мы отправились домой, а когда подошли к Дону, остановились в нерешительности. Противоположный берег был пуст, а хутор, растянувшийся вдоль Дона, казался вымершим. По реке плыли редкие льдины.

— Что будем делать? – спросил Николай, опуская на землю портфель, раздувшийся от учебников.

— Кричать, и как можно сильнее, — сказал я.

Нам часто приходилось так делать. Иногда наш перевозчик задерживался, или мы приходили слишком рано, и тогда кричали хором до тех пор, пока кто-нибудь услышит, и сообщит ему.

На этот раз мы орали так, что дядя Гриша появился на берегу буквально через несколько минут. Спустив лодку на воду, он поплыл к нам, лавируя между льдинами. Причалив к берегу, проговорил:

— Рановато вы пришли, ребятки. Еще бы денька два потерпели.

— Так ведь завтра выходной, а мы две недели дома не были и соскучились.

— Знаю! Но, сами видите, лед все прибавляется. Видимо где-то затор прорвало, вот и поперло!

И действительно, льдины плыли все гуще и гуще.

— Залезайте в лодку, — приказал дядя Гриша. – Попробуем проскочить, пока еще есть возможность.

Михаил сел на носу, а мы с Николаем взялись за весла. Дядя Гриша сидел на корме и направлял лодку в просветы между льдинами. На средине реки они плыли сплошным потоком, и мешали грести.

— Снимите весла и отталкивайте льдины, не давайте зажать лодку, — сказал перевозчик.

Но не так-то просто оттолкнуть льдину деревянным веслом. Оно часто соскальзывало и дважды, потеряв равновесие, я чуть не свалился с лодки. Заметив это, дядя Гриша сказал:

— Отталкивайте сидя, стоять опасно!

В это время его весло, упертое в льдину, соскользнуло и та, получив свободу, врезалась в борт лодки.

— Приехали! – воскликнул он. – Теперь нас зажало окончательно!

— Что будем делать? – спросил Николай.

— Будем ждать, когда льды разойдутся.

В этот момент послышался треск. Не выдержав могучего напора, доска с правого борта проломилась, и в пробоину хлынула вода. Дядя Гриша закричал:

— Прыгайте на льдину!

Схватив портфели, мы выскочили из лодки. С веслом в руках, за нами выпрыгнул и он. Оглянувшись назад, мы увидели, как лодка сплющилась, словно была сделана из картона, затем льдины подмяли ее обломки под себя и сомкнулись.

Невольно мне подумалось о том, что было бы с нами, останься мы в лодке?

— Вовремя успели смыться! Еще бы чуть-чуть и поминай, как звали, — угадав мои мысли, проговорил Михаил.

Дядя Гриша осмотрелся.

— Ничего, ребятки! – успокоил он. – Все будет хорошо! Льдина большая, крепкая, так что опасаться нечего.

Быстрое течение несло вниз. Вот уплыл назад последний дом хутора, потянулся крутой берег реки, а нас несло все дальше и дальше, в неизвестность. Вокруг плыло большое количество льдин разных размеров. Они с треском сталкивались, лезли друг на друга, уходили под воду, а их место занимали другие.

— Дядя Гриш, — сказал Николай. – Давайте попробуем по льдинам добраться до берега?

— Плохая затея.

— Почему? Вон их сколько! Они плывут близко друг к другу, и если прыгать с одной на другую, вполне возможно.

— Но не каждая льдина выдержат нас четверых.

— Так ведь можно и по одному прыгать.

— Нет, Коля. Любой из нас может поскользнуться и упасть в воду. Пока до него доберешься, льдины или раздавят, или сомкнутся над ним, как случилось с лодкой. И тогда, по выражению Михаила, «поминай, как звали». У нас только одна надежда, на тот выступ, — и он указал рукой вдоль Дона.

Мы посмотрели вперед и увидели с правой стороны выступ суши, заросший перелеском, и выходивший далеко в реку.

— Чем же он нас спасет?

— Льдина не сможет обогнуть его, а по инерции обязательно воткнется. Нам останется только сойти на берег.

Воспрянув духом, мы стали продвигаться вперед, ближе к переднему краю нашего своеобразного «плота». Дядя Гриша шел впереди, пробуя перед собой лед веслом. Шел не спеша, и начинал двигаться только тогда, когда твердо был уверен, что льдина крепкая. Со всех сторон слышался шум и треск.

Когда льдина воткнулась в сушу, она так резко остановилась, что мы едва устояли на ногах. Но под напором течения, она стала выползать на берег, и словно нож бульдозера, срезала землю, вместе с мелким кустарником.

— Вот это силища! – восхитился я.

Раздался звук, похожий на пистолетный выстрел и между нами, и берегом появилась трещина. Льдина, вползая на бугорок суши, приподнялась и, не выдержав своего веса, переломилась метрах в пяти от берега. Большой обломок остался на берегу, а остальную часть, вместе с нами, стало разворачивать поперек реки.

— Прыгайте! — крикнул дядя Гриша.

Один за другим мы перескочили щель, которая увеличивалась с каждым мгновением. Пока Дядя Гриша ждал, когда мы перепрыгнем, просвет между льдинами увеличился до метра. Разбежавшись, он по-стариковски прыгнул, и мы сразу поняли — не долетит. Так и получилось. Плюхнулся он в воду там где, на его счастье, оказалось мелко, немного выше колена. Выбравшись на берег, он сел на землю, задрал ноги к верху, и, вылив из сапог воду, проговорил:

— Ничего страшного, ребятки! Главное все живы и здоровы.

Он встал, и все направились вдоль берега, в сторону хутора…

 

Через три месяца мы получили свидетельства о семилетнем образовании. Учеба в соседнем селе, к нашей радости, закончилась, но эта переправа осталась в памяти на всю жизнь.

 

Рейтинг: +3 Голосов: 3 264 просмотра
Комментарии (84)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика