1-й поединок 1-й тур 2-я группа

19 июля 2019 - Александр ПАН

ГОЛОСОВАНИЕ ЗАКОНЧЕНО

ПРОСИМ АВТОРОВ И ГОСТЕЙ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ДИСКУССИИ

 

 

Восьмое солнце Иштар

Resonance

 

Записи с бортового журнала разведывательно колониального космического корабля, безжизненно дрейфовавшего вблизи термической планеты эгида восемь, по другому называемой восьмое солнце Иштар.

200 825 год, млечный перекресток гамма центавра.

Поступил сигнал SOS с сумеречной системы Шао, мой одноместный сверх скоростной истребитель отлично подходит для таких вот рейдов. У падальщиков питающийся остатками потерпевших крушения космических кораблей нет имен. Большую часть времени я вырезаю уцелевшие внутренности еще живым членам экипажа самых разнообразных пасудин. Фармацевтические общины хорошо платят за десяток другой свежих внутренних органов, особенно человеческих и меркурианских. Попутно я забираю с собой все, что может мне пригодиться: пищу, иногда оружие, чип карты с кодами доступа, бортовые модифицированные приборы. В некоторых случаях даже симпатичных женщин, коими сначала наслаждаюсь, а потом продаю в рабство извращенцам на черных рынках, да я тот еще негодяй.

Обычно все проходит гладко, в иных же ситуациях приходится замарать руки лично, исходя из приоритетов конечно же. В начале операции я проверяю работоспособность систем жизнеобеспечения, после чего погружаю себя в анабиоз, заблаговременно установив AI Ласт, (искусственный интеллект последнего поколения, украденный мной у вооруженных сил федерации забытых звезд, нанявших меня в свои ряды во времена когда я был лишь вольным наемником) на цель. Затем, по прибытию на место, проверяю исправность снаряжения, готовлю анти гравитационный скафандр, органический браслет, выстреливающий само воспроизводящимися нервно паралитическими шипами, и декодер, вживленный хирургическим путем имплант, позволяющий без особого труда работать с крупными объемами информации.

Пришвартовавшись к этому древнему космическому гиганту класса КРМ-2 (Колонизация, Разведка, Модель вторая) я сразу же заподозрил неладное, все было какое то неестественное. Как только я оказался внутри планетарного осеменителя по всему телу побежали мурашки, всюду ржавчина, тусклое неоновое освещение и мигающие мониторы, такими пользовались еще до поглощения солнечной системы пространственно временной аномалией.

Я просто не мог поверить в происходящее, стоимость этой находки соизмерима целой планете, со всеми ее ресурсами. Наткнувшись на кладезь утерянных технологий было сразу ясно, я никуда не уйду без всего этого добра.

Первым делом нужно было найти капитанский мостик, что весьма не просто, учитывая внушительные размеры блуждающего призрака минувших тысячелетий. Рядом со мной не было ни единого живого существа, странно, учитывая то, что кто то все же послал сигнал о помощи, да и где останки экипажа? Даже обслуживающие роботы и те отсутствовали. Я бывал как то на заброшенных орбитальных станциях, но они не идут не в какое сравнение с этим гнетущим местом, меня от него на изнанку выворачивает, кажется что стены ухмыляясь смотрят прямо на меня, и нечто прячущееся в тени следует по пятам, я обливаюсь потом в дурном предчувствии, рад был бы просто бросить все и улететь...

Долой страх, это всего лишь мои суеверные домыслы, нужно было взбодриться. Кислород на корабле, в какой то степени, все же присутствовал, так что на свой страх и риск я открыл шлем и принял препарат обостряющий восприятие органов чувств до предела, съев органический био чип. Стимулирующий ритмическими колебаниями нервную систему, посылая тем самым сигнал в мозг. Я почувствовал себя намного лучше, страх как рукой сняло, а суеверные мысли тут же рассеялись. Не важно кого я теперь повстречаю, мекениан, высших гуманоидов, да хоть телеэмпатических существ с планеты гроздья, я ко всему был готов, но только не к тому, что меня ожидало.

А ожидало меня вот что, как оказалось, процент кислорода на корабле не соответствовал стабильному действию принятого мной био чипа, так же в его составе было что то не от мира сего, некая инородная примесь, вследствие чего начались слуховые и визуальные галлюцинации. Из ржавчины немых стен на тусклое мерцание бортовых мониторов повылезали леденящие кровь ужасающие твари, они резво кинулись всем скопищем едва завидев меня, клацая зубами и издавая звуки от которых бросало в дрожь.

Поддавшись панике я не смог должным образом разобраться в ситуации, и сломя голову бросился прочь от хихикающих гоблиноподобных чертей. Чудом разорвав дистанцию в спешке я выронил свой шлем, возвращаться было не резонно, для поддержания жизни кислорода хватало с лихвой, я решил забрать его на обратном пути, совсем не подумав о том, какой опасности подвергаю свое изможденной тело.

Кое как минув машинное отделение, а затем и отсек со шлюпками для эвакуации экипажа, я оказался в секторе с криогенными капсулами. Ai Должен был разбудить присутствующих здесь по прибытию в новую галактику, но видимо произошел программный сбой, и система произвела отказ в выполнении заложенных администрацией указаний.

Но что это, присмотревшись повнимательней к содержимому капсул я скорчил гримасу ужаса, в них были не люди, даже не гуманоиды, все существа известные мне просто не могли так выглядеть, некие сгустки энергии покрытые азотом, но как такое возможно?

Подойдя к центральному компьютеру я вытянул проводной штекер из своего виска, и подсоединился напрямую, нужно было узнать что тут произошло, я вполне мог открыть новую ветку развития космической истории. Обойти старинную систему защиты особого труда не составляло, так я думал до активации охранного зонда zeta 0.4 расположившегося в непосредственной близости. Его лучи запросто могли вытянуть мое дрожащее тело сквозь неприступные стены корабля призрака прямо в открытый космос, учитывая отсутствие на моей голове шлема дела обстояли самым что ни на есть печальным образом.

Нужно было действовать, что нибудь придумать, что то, что позволило бы выиграть немного времени, и я придумал, вколол себе два нервно паралитических шипа в надежде сбить зонд с толку, на мое счастье замедление работы нервной системы с полной остановкой сокращения мышц он расценил как устранение угрозы, и вернулся в исходную точку, счастье однако продлилось не долго, мне оставалось лишь неподвижно лежать, записывая через все еще подключенный напрямую декодер свою историю. Я задыхаюсь, твари едят мои ноги, это КОНЕЦ.

 

 

 

Двенадцать неизданных писем Пушкина

Александр Ралот

 

27 июля ему вручили пакет, тщательно упакованный и скреплённый печатями английского почтового ведомства.

Постоялец солидного отеля дрожащей рукой забрал его и расписался в журнале корреспонденций. Получатель отлично знал, что там внутри. За содержимым пакета охотился многие годы.

— Открывать или нет — вот в чём вопрос? До отхода поезда остаётся менее часа, но как же хочется посмотреть на них. Нет, не сейчас. Если вскрою тогда уж точно — вообще никуда не поеду. Потом, позже, по возвращению.

Положил пакет в сейф и, не оборачиваясь, вышел.

 

Пакет распечатали уже совсем другие люди, строго следуя его завещанию.

Там лежали двенадцать никогда ранее не опубликованных писем Пушкина. Они должны были стать бриллиантом в коллекции героя нашего повествования.

Человек, о котором я хочу Вам поведать, был весьма состоятельным и в денежных средствах нужды  не испытывал. Однако, живя в Европе, так и не обзавёлся собственным жильём. Довольствовался апартаментами в отелях, обустраивая их по собственному желанию.

Сделав своё состояние на западе,  оставался  русским человеком. А посему не мог не боготворить Пушкина, приобретая, где только можно, любые предметы, связанные с поэтом. Его друг, а в последствии и биограф утверждал, что в нашем герое поселился микроб коллекционера. Самый страшный микроб, ибо он делает человека рабом своей страсти.

Внучку Пушкина Софью император не пускал на Родину. По его указанию она была объявлена persona non grata в империи. И, конечно, сей факт никак не связан с личной неприязнью Самодержавца. Виной тому — морганатические обстоятельства. Дело в том, что Софья Николаевна позволила себе выйти за муж за внука Николая I, Великого Князя Михаила Михайловича. Тайное венчание состоялось в итальянском городке Сан-Ремо, подальше от любопытных глаз. Когда мать Великого Князя Михаила, Великая Княгиня Ольга Федоровна, узнала о случившимся факте, с ней случился удар, после которого она уже не оправилась.

Что поделать, такие были времена. Когда матери, узнав, что их сыновья берут себе в жёны женщин из рода великого Пушкина, умирали. Не от счастья, а от горя.

Река финансовых вливаний от дома Романовых была перекрыта напрочь. И супруг Михаил вынужден был зарабатывать на жизнь, служа старостой в русском православном соборе. Позже семейство перебралось в Лондон. (Помните, именно оттуда и был отправлен знаменитый пакет!) Самое ценное, что было у Софьи — это коллекция писем дедушки к бабушке, то есть к Наталье Гончаровой. Когда-то эти письма принадлежали дочери поэта Наталье Александровне. Но в трудную минуту она передала их Тургеневу для заработка, посредством публикации. Иван Сергеевич перевёл их с французского (а наше всё — писал свои письма исключительно по французски!) и опубликовал, но не все. Двенадцать писем ещё не женатого Пушкина к своей невесте так и не были преданы широкой огласке. Вот они-то и перешли по наследству к Софье Николаевне.

За этим раритетом и гонялся герой нашего повествования. Письма стали его вожделенной мечтой. Однако их владелица раз за разом отвечала отказом. Не помогали даже благотворительные концерты, устраиваемые в её пользу, я уже не говорю о весьма значительных суммах, предлагаемых покупателем. Но жизнь есть жизнь, и она вносит свои коррективы. В 1927 году внучки Пушнина не стало. Великий Князь Михаил Михайлович, относился к классику русской поэзии без пиетета. Кроме того, престарелый Романов любил выпить и нуждался в деньгах. Сделка наконец состоялась. Наш герой за сравнительно небольшие деньги, всего-то пятьдесят тысяч франков получил то, что хотел. Письма были доставлены в отель летом 1929 года. А ещё через три недели, так и не успев насладиться удачной покупкой, преуспевающий коммерсант и не менее удачный коллекционер скончался и был похоронен на острове Лидо на кладбище Сан-Микеле.

Французы в память об этом человеке назвали одну из площадей своей столицы. У нас же я не встречал даже переулка с его именем. Наверное, просто не попались.

 

На этом мне бы стоило закончить свой рассказ и традиционно спросить — о ком же идёт речь в этой загадке? Но нельзя. Потому как ты, дорогой мой читатель, обязательно спросишь:

— Стоп. А что же стало потом с этими пушкинскими письмами?

В 1936 году они были опубликованы в одной очень дорогой и редкой книге, предисловие к которой написал парижанин Модест Гофман. Сейчас найти эту книгу практически невозможно. Как говорят, редкость редкостная.

В 1953 году после смерти Сталина друг нашего героя Сергей решил сделать широкий жест и подарить советскому государству эти двенадцать писем. Но ему отказали во въездной визе. Как говорится, со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами.

Прошло ещё тридцать пять лет. В 1988 году на аукционе Содбис уполномоченные представители Советского Союза за один миллион рублей наконец-таки приобрели заветные письма, которые и были доставлены в нашу страну с соблюдением всех необходимых мер предосторожности.

Рейтинг: +3 Голосов: 3 159 просмотров
Комментарии (22)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика