+8 RSS-лента RSS-лента

Это просто жизнь...

Автор блога: Бунденков Валерий
Веневитинов Дмитрий Владимирович
""
""

Веневитинов Д.В.

И будем благодарно вспоминать

..."Не много истинных пророков
С печатью тайны на челе,"...
("Последние стихи" 1827 год.
Дмитрий Веневитинов)


Написано немало строк прекрасных,
И строк плохих, в поэмах и стихах,
О людях добрых, и не добрых, разных.
О жизни праведной и жизни во грехах.

Всё сказано не раз, не два и трудно
Сказать, иль написать о чём-то вновь.
Рифмуют стихоплёты, кровь-любовь.
Прозаики кропают то, что модно.

Великих рать, иссякла? Или нет?
Всё реже вспоминаем в суете.
-Поэт Веневитинов - на плите
Начертано. Так коротко - поэт.

Трагически короткая судьба.
У сердца перстень, от княжны подарок,
Потухшего Везувия огарок.
Короткий век, не полных двадцать два.

На миг очнувшись у последнего чертога,
Когда на палец перстень друг надел -
Меня венчают?- грустно поглядел
И умер. Это фраза эпилога.

Безмерно жаль, что короток был век
Мечтателя, Художника, Поэта.
Мыслитель. Музыкант и Человек.
И про него строка сложилась эта.

Стихи, поэмы и полотна в цвете,
Он просто не успел их написать.
Простим Поэту, что ушёл в расцвете.
И будем благодарно вспоминать.

6 мая 2013 года Бунденков Валерий

***


""
""

Веневитинов Дмитрий Владимирович

Биография

Дмитрий Веневитинов родился 14 (26) сентября 1805 г. в Москве. Его отец, отставной прапорщик Л.-гв. Семеновского полка Владимир Петрович Веневитинов, происходил из богатой дворянской провинциальной семьи, известной с начала XVII века по переписным и разборным книгам города Воронежа. Мать, Анна Николаевна, происходила из древнего рода князей Оболенских - Белых. Через нее Дмитрий Веневитинов был в дальнем родстве (четвероюродным братом) с А. С. Пушкиным. Веневитинов получил классическое домашнее образование, которым руководила мать. Французскому и латинскому языкам , а также классической литературе, учил Веневитинова его гувернер Дорер - отставной французский офицер. Греческому - грек Бейля (Байло). Живописи - художник Лаперш. Русскую словесность преподавал профессор Московского университета А.Ф.Мерзляков, а музыку, вероятнее всего, И.И. Геништа. Прекрасно изучил Веневитинов и немецкий язык, по-видимому, под руководством Х.И. Герке - гувернера его рано умершего брата Петра . В 1822 году Дмитрий Веневитинов поступил в Московский университет, где увлекся немецкой философией и романтической поэзией. В Московском университете слушал отдельные лекции, в частности курсы А. Ф. Мерзлякова, И. И. Давыдова, М. Г. Павлова и Лодера. Участвовал в собраниях студенческого литературного кружка Н. М. Рожалина. В 1823 г. Дмитрий Владимирович Веневитинов успешно сдал экзамен по университетскому курсу и в 1824 г. поступил на службу в московский архив коллегии иностранных дел («архивны юноши» — так иронически назвал служащих этого архива Пушкин в своем романе «Евгений Онегин").
Организовал вместе с князем В. Ф. Одоевским тайное философское «Общество любомудрия», куда входили также И. В. Киреевский, А. И. Кошелев, В. П. Титов, Н. А. Мельгунов и другие. Посещали заседания кружка, не являясь формально его членами, А. С. Хомяков, М. П. Погодин и С. П. Шевырев. Кружок занимался изучением немецкой идеалистической философии — трудов Ф. Шеллинга, И. Канта, Фихте, Окена, Ф. Шлегеля и других.
Веневитинов принимал деятельное участие в издании журнала «Московский вестник».
Большую роль в жизни Дмитрия Владимировича Веневитинова сыграло знакомство с княжной Зинаидой Александровной Волконской - умной и высокообразованной женщиной. Прекрасная певица и драматическая актриса-любитель, Волконская была центром одного из самых знаменитых литературно-художественных салонов Москвы. Дмитрий Веневитинов был очарован ее умом и красотой и неразделенное чувство к княжне Волконской до последних дней беспокоило его чуткую натуру.
В ноябре 1826 г. Веневитинов, по протекции З.А. Волконской, перебрался из Москвы в Петербург, поступив на службу в Азиатский департамент министерства иностранных дел. При въезде в Петербург поэт, вместе с Ф.С. Хомяковым и библиотекарем гр. Лаваля О. Воше, провожавшем в Сибирь жену декабриста кн.С.П.Трубецкого, Екатерину Ивановну (урожденную Лаваль ), был арестован по подозрению в причастности к заговору декабристов. Он провёл три дня под арестом, что повлияло на состояние ослабленных легких. После этого, 2 марта, возвращаясь легко одетым с бала, Веневитинов сильно простудился.
Поэт умер 15 (27) марта 1827 г. в Петербурге, по-видимому от тяжелой пневмонии, не дожив до 22 лет. Похоронен на кладбище Симонова монастыря в Москве. Он завещал надеть ему на палец в час кончины перстень из Геркуланума - подарок Зинаиды Волконской. Когда он впал в забытье, перстень надели на его палец. Но вдруг Веневитинов очнулся, спросил: «Разве меня венчают?» И умер. На похоронах были А. Пушкин и А. Мицкевич. Перезахоронен в 1930-е гг. на Новодевичьем кладбище.

Творчество

В своей литературной деятельности Веневитинов проявил разносторонние дарования и интересы. Он был не только поэтом, но и прозаиком, писал литературно-программные и критические статьи (известна его полемика с Н. А. Полевым по поводу 1 главы пушкинского «Евгения Онегина»), переводил прозаические произведения немецких авторов, в том числе Гёте и Гофмана (Е. А. Маймин. «Дмитрий Веневитинов и его литературное наследие». 1980).
Веневитиновым было написано всего около 50 стихотворений. Многие из них, особенно поздние, наполнены глубоким философским смыслом, что составляет отличительную черту лирики поэта.
Центральная тема последних стихотворений Веневитинова—судьба поэта. В них заметен культ романтического поэта-избранника, высоко вознесенного над толпой и обыденностью:

…Но в чистой жажде наслажденья
Не каждой арфе слух вверяй
Не много истинных пророков
С печатью власти на челе,
С дарами выспренних уроков,
С глаголом неба на земле.

Ряд стихотворений Веневитинова 1826—1827 гг., написанных за несколько месяцев до смерти поэта («Завещание», «К моему перстню», «Поэт и друг») можно с полным правом назвать пророческими. В них автор словно предвидел свою раннюю кончину:

…Душа сказала мне давно:
Ты в мире молнией промчишься!
Тебе всё чувствовать дано,
Но жизнью ты не насладишься.

Веневитинов был также известен как одаренный художник, музыкант, музыкальный критик. Когда готовилось посмертное издание, Владимир Одоевский предлагал включить в него не только стихотворения, но и рисунки, и музыкальные произведения: «Мне бы хотелось издать их вместе с сочинениями моего друга, чудно соединявшего в себе все три искусства».
Источник: http://ru.wikipedia.org/

Дмитрий Веневитинов - стихотворения

НА НОВЫЙ 1827 ГОД

Так снова год, как тень, мелькнул,
Сокрылся в сумрачную вечность
И быстрым бегом упрекнул
Мою ленивую беспечность.
О, если б он меня опросил:
«Где плод горячих обещаний?
Чем ты меня остановил?» —
Я не нашел бы оправданий
В мечтах рассеянных моих!
Мне нечем заглушить упрека!
Но слушай ты, беглец жестокой!
Клянусь тебе в прощальный миг:
Ты не умчался без возврату;
Я за тобою полечу
И наступающему брату
Весь тяжкий долг свой доплачу.

***

Я чувствую, во мне горит
Святое пламя вдохновенья,
Но к темной цели дух парит...
Кто мне укажет путь спасенья?
Я вижу, жизнь передо мной
Кипит, как океан безбрежной...
Найду ли я утес надежный,
Где твердой обопрусь ногой?
Иль, вечного сомненья полный,
Я буду горестно глядеть
На переменчивые волны,
Не зная, что любить, что петь?

Открой глаза на всю природу,-
Мне тайный голос отвечал,-
Но дай им выбор и свободу,
Твой час еще не наступал:
Теперь гонись за жизнью дивной
И каждый миг в ней воскрешай,
На каждый звук ее призывный -
Отзывной песнью отвечай!
Когда ж минуты удивленья,
Как сон туманный, пролетят
И тайны вечного творенья
Ясней прочтет спокойный взгляд,-
Смирится гордое желанье
Весь мир обнять в единый миг,
И звуки тихих струн твоих
Сольются в стройные созданья.

Не лжив сей голос прорицанья,
И струны верные мои
С тех пор душе не изменяли.
Пою то радость, то печали,
То пыл страстей, то жар любви,
И беглым мыслям простодушно
Вверяюсь в пламени стихов.
Так соловей в тени дубров,
Восторгу краткому послушный,
Когда на долы ляжет тень,
Уныло вечер воспевает
И утром весело встречает
В румяном небе светлый день.
""
""
Почти всё о букве Ё
Почти ВсЁ о букве Ё jaza


""
""
jaza
""
""
jaza



Букве Ё исполнилось 230 лет. День её рождения – 18 ноября (по старому стилю) 1783 г., а по новому стилю 1 декабря.
Буква Ё стоит в нашей русской азбуке на сакральном, «счастливом» 7-м месте в алфавите.
В русском языке более 12500 слов с буквой Ё. Из них около 150 на Ё начинаются и около 300 на Ё заканчиваются.
Частота встречаемости Ё – более 1% от текста. То есть на каждую тысячу знаков текста в среднем получается по десять ёшек.
В русских фамилиях Ё встречается примерно в двух случаях из ста.
Есть в нашем языке слова с двумя и даже тремя буквами Ё: «трёхзвёздный», «четырёхведёрный», «Бёрёлёх» (река в Якутии), «Бёрёгёш» и
«Кёгёлён» (мужские имена на Алтае).
Более 300 фамилий различаются только наличием в них Е или Ё. Например, Дежнев – Дежнёв, Печенкин – Печёнкина, Демина – Дёмина.
В русском языке насчитывается 12 мужских и 5 женских имён, в полных формах которых присутствует Ё. Это Аксён, Артём, Нефёд,
Пармён, Пётр, Рёрик, Савёл, Селивёрст, Семён, Фёдор, Ярём; Алёна, Клёна, Матрёна, Фёкла, Флёна. Однако имена эти, к сожалению, в
большей части не древнеславянского происхождения.
В Ульяновске, родном городе «ёфикатора» Николая Карамзина, стоит памятник букве Ё.
""
""


Николай Михайлович Карамзин (1765—1826) родился в городе Симбирске.
В 1845 году ему в родном городе воздвигнут памятник в Карамзинском сквере.
И неподалёку от Карамзинского сквера 4 сентября 2005 года поставлен памятный знак букве ё, поскольку Карамзин одним из первых ввёл эту
букву в русские тексты.
Другой памятный знак букве ё поставлен в Перми, на территории одного из заводов, где силами энтузиастов создан уголок культурного
отдыха.
Наконец, ещё один знак использован очень хитро на Смоленской площади в Москве. Вход в фирменный магазин с претенциозным названием «Мёбель» оформлен в виде огромной буквы ё.
По другим неофициальным данным, букву ё ввели по распоряжению современницы Екатерины Второй, бывшей в то время во главе академии
наук, Екатерины Дашковой. Так что это самая молодая буква современной русской азбуки.
Но не всё так просто.
В 1917году власть буквально через месяц провела реформу русской азбуки.
Вернее, не реформу, как таковую, а упрощение и урезание азбуки и внедрение чисто фонетического алфавита, обрезающего образность
мышления. Это не реформа была, а диверсия. Но тогда было отменено пять букв, как якобы «ненужных» для «простого» человека. К тому же
были отменены и названия всех букв азбуки, и она стала именоваться просто алфавитом. Казалось, бы: в стране разруха, идёт мировая
война, назревает ещё более страшная – гражданская, - а новая власть озаботилась буквами! К чему бы оное? Но всё имеет свой смысл.
Буква Ё всё ж не была отменена, но точки писать над ней признавалось необязательным, как, впрочем и теперь. Вроде звук такой есть,
буква есть, а вот писать её не обязательно!
Проходит двадцать пять лет, в стране идёт война – с германским фашизмом, на дворе 1942год. И история вновь повторяется, но уже в
обратном направлении: 24 декабря 1942 года, приказом народного комиссара просвещения В. П. Потёмкина (задумайтись над фамилиями
министров просвещения: Луначарский, Потёмкин, Фурсенко и проч.!!!) было введено обязательное употребление буквы ё.
Возможно, это было связано с необходимостью точно передавать географические названия, имена и фамилии в сводках Советского
информбюро, а также на полевых картах, в военных приказах, а также во вновь издаваемых школьных учебниках. Ведь немцы, известные
любители точности и великие аккуратисты, на русифицированных картах букву ё обязательно ставили! Тогда главная причина в том, что буква
ё есть буква точности, определённости, как буква всегда ударная. А профаны из министерства просвещения недоумевают.
Враг у ворот Сталинграда, а тут какие-то точки у какой-то полусуществующей буквы! А другие говорят, что дело вовсе не в Потёмкине, что
мол с него, с тёмного, возьмёшь то! Просто буквой ё озаботился сам товарищ Сталин. Точность потребовалась.
Однако проходит ещё 14 лет, и вновь обозначение точек очередной «реформой» объявляется необязательной. Но почему?
Аргументы этих новых Правил правописания очень расплывчаты и это совсем не случайно.
Ссылка на правила русского языка 1956 года, в которых говорится, что "ё" нужно писать в тех случаях, когда это влияет на смысл, выглядит
довольно жалкой.
Просто непонятно, зачем заставлять пишущего человека постоянно напрягаться, перебирая все возможные ошибки от ненаписания "ё". Зачем
усложнять? Может, лучше просто написать те самые точки и не усложнять людям жизнь?
Правила 1956 года о букве "ё" довольно расплывчаты и носят "рекомендательный характер". Причём, ссылаясь на эти самые правила,
противники "Ё" как всегда, лукавят. Ссылаясь на упомянутую необязательность "ё" в очевидных случаях, они втихаря делают вид, что нет
оговорок о нужности "ё" в спорных случаях и не пишут эту букву вовсе. И предположения «реформаторов 1956 года, что "точки над ё
затрудняют чтение", просто надуманы и лживы.
А правда заключается в том, что пропуски буквы ё (йо – йотированной о, но никак не е без точек) ведут к недоразумениям в речи, нечёткости
и к искажению русского языка вообще.
Вот первый пример из известного текста Карамзина, довольно хрестоматийный и повсюду употребляемый:
С новым государем все передохнем!
Если прочитать соседние предложения в его тексте, то всё становится на место: имелось ввиду не "передохнем", а "передохнём".
“Буква ё нужна для того, чтобы русский текст читался быстрее. Потому что без буквы ё текст читается медленнее. И это уже замечено очень
многими. Я делал исследование”, – сообщил на своём сайте писатель Виктор Чумаков и добавил:
“Не я это придумал, что это, знаете, ударная буква. Она всегда находится под ударением. И эта буква ударная, задорная, весёлая.»
Такая вот возня вокруг буквы Ё происходит до сих пор.
А в современной России существует официальный Союз ёфикаторов России, который занимается борьбой за права «обесточенных» слов.
Благодаря их кипучей деятельности по осаждению Госдумы, теперь все думские документы (в том числе законы) полностью «ёфицированы».
Ё – с подачи председателя Союза Виктора Чумакова – появилась в газетах «Версия», «Слово», «Гудок», «Аргументах и фактах» и др., в
телевизионных титрах и в книгах.
Российские программисты создали универсальный ётатор – компьютерную программу, которая автоматически расставляет литеру с точечками
в тексте.
А художники придумали так называемый ёпирайт – значок для маркировки ёфицированных изданий.
В общем, да здравствует Ё!
А теперь очень серьёзно, что же даёт нам применение буквы ё, всегда ударной и почти всегда дву звучной?
А даёт нам, самое главное, как уже убедился уважаемый читатель, чёткость. Чёткость в понимании слова. Особенно человеку, который не
очень хорошо знает русский язык, и изучающему его впервые.
Из-за этой самой чёткости и была она введена во время войны Сталиным, чтобы не перепутать населённые пункты и фамилии солдат и
офицеров.
Ещё она даёт эмоциональную напряжённость, возвышенность духа.
И основное: мы отстояли букву ё, как 33-ю букву (пусть седьмую по счёту)
Букв у нас сейчас 33, а могло бы быть 32, и даже меньше.
Что толку сейчас об этом говорить, что когда то их было в русской азбуке 38, 40, 44, 49, 64. 108, 144, а, как утверждают некоторые
неоязыческие и якобы ведические общины, даже и больше. Но не будем судить о том, чего точно не знаем.
Факт, который признают истинные, а не записные лингвисты, однако, состоит в том, в том, что чем более в азбуке звуков, их многочисленных
оттенков, а соответственно и букв, тем мудрее, богаче и обширнее данный язык. Это признают даже враги русского языка.
Таковым языком были и будет язык словенский россов, русов, русичей – русских, украинцев и белорусов.
Версий много, а реальность есть та, которую мы сегодня имеем.
Сейчас главное – сохранить то, что имеем, то есть русский алфавит из 33 букв.
А далее – всем необходимо просто повышать образование, его общий уровень, который упал за последние 20 лет просто ниже нижнего
плинтуса. Интернет сейчас предоставляет для этого много возможностей, несмотря на его и негативные стороны.

""
""



Е и Ё – родные сестры,
Различать сестер непросто.
Но у буквы Ё две точки,
Словно к лесенке гвоздочки.

Буква Е передохнула,
Как тотчас же на нее
Пара птенчиков вспорхнула –
Получилась буква Ё.

На букву Ё ты назовешь
Три слова: ёлка, ёж и ёрш,
И все ужасно колко.
У всех у них иголки.

Расскажи-ка, буква Ё,
Как твоё житьё-бытьё?
Буква Ё дает отчёт:
- Ничего житьё течёт.
Я – ударная всегда!
- Ой-Ё-Ёй, вот это – да!

""
""



Вздыхает, плачет буква Ё,
Украли точки у неё.
В журналах, книгах и газетах
Не встретишь больше букву эту.
Зато довольна буква Е.
Она встречается везде.
А между тем без буквы Ё
Мир жить не может! Ё-моё!
Представьте. Под зелёной Ёлкой
Льют слёзы Ежик с перепёлкой.
Матрёна, Пётр и Семён
Теперь остались без имён.
Орёл не смог начать полёт,
Ему мешает самолёт.
На съёмке режиссёр с гримёром
Не могут справиться с актёром.
Преодолев крутой подъём,
Осёл свалился в водоём.
Напрасно мёд мы ждём от пчёл,
На пасеку хорёк пришёл.
Даёшь народу букву Ё!
Ведь без неё нам не житьё!
А в нашем русском алфавите
Такая буква есть! Учтите!

Ёлка то же, что и ель,
А над ёлочкой капель.
Капли-точки добавляем,
Ё — мы букву так читаем.


Источник: http://www.sunhome.ru/ http://readik.ru/

jaza

Стихи про букву Е jaza

«Е» похожа на расчёску,
СдЕлать можЕт всЕм причёску…
Учим, учим букву «Е» -
Вот и выучили всЕ.

Как без Е сказать, что ел,
Как без Е сказать, что сел,
Дети тоже с буквой Е,
Значит Е, нужна везде!


В слове ель мы Е услышим,
Букву Е мы так напишем:
Ствол и у ствола три ветки.
Букву Е запомним, детки.
Ёлка то же, что и ель,
А над ёлочкой капель.
Капли-точки добавляем,
Ё — мы букву так читаем.


Ёжик по лесу бежал,
Букву Ё, он потерял,
Помогите мне друзья,
Мне без Ё, никак нельзя!


Мимо сосен, мимо Елей
Все бежали и летели!
Впереди спешит Енот,
На спине Ежа несет,
За Ежом вздыхая тихо,
Ежевику Ест Ежиха.
Кто бегом, кто Еле-Еле
Шел вперед к заветной цели!
Ёрш в реке махнул хвостом,
С Ёлки крикнул гусь: — Пойдем!


Е похожа на расчёску,
Чтоб расчёсывать причёску.
От того и в грЕбЕшке
Целых две есть буквы Е.

Источник: http://readik.ru/ http://1001.ru/

Важная информация! Минобрнауки России про букву Ё
(Здесь приводится текст государственного документа, посвящённый букве "Ё". Хочется обратить внимание админа и руководителей сайта на этот документ! Особенно на последнее предложение)

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
(Минобрнауки России)


ул. Тверская, д.11, г. Москва, ГСП-3, 125993
Тел.: 629-70-62, факс: 629-08-91
E-mail: info@mon.gov.ru
03 мая 2007 г. № АФ-159/03

Рассылается в:

Федеральные органы
исполнительной власти
(по списку)

Администрации субъектов
Российской Федерации


О решениях Межведомственной комиссии по русскому языку

В соответствии с решениями Межведомственной комиссии по русскому языку, принятыми на выездном заседании в г. Иваново (протокол от 13 апреля 2007 г. № 6), направляю рекомендации по употреблению при написании имён собственных буквы ё. Приложение: на 2 л.

Министр, председатель Межведомственной комиссии по русскому языку
А. А. Фурсенко


Приложение

Первое появление буквы Ё в печати отмечено в 1795 году. Она употреблялась в прижизненных изданиях А.С. Пушкина и других великих русских писателей XIX века, словаре В.И. Даля, системах азбук Л.Н. Толстого, К.Д. Ушинского. Эту букву в своих произведениях использовали И.И. Дмитриев, Г.Р. Державин, М.Ю. Лермонтов, И.И. Козлов, Ф.И. Тютчев, И.И. Лажечников, В.К. Кюхельбекер, И.С. Тургенев, гр. Л.Н. Толстой, К.Д. Ушинский, М.Е. Салтыков-Щедрин, А.П. Чехов и многие другие. После закрепления её на седьмом месте в русском алфавите из 33-х букв после реформы 1917–1918 годов неуклонно расширялась сфера её применения на письме и в печати.

Ныне буква Ё содержится в более чем 12 500 словах, 2500 фамилиях граждан России и бывшего СССР, в тысячах географических названий России и мира, имён и фамилий граждан зарубежных государств. По статистике встречаемости русских букв в различных текстах для буквы Ё получается результат ниже 0,5 % (менее одного раза на 200 знаков).

Научное обоснование необходимости буквы Ё в системе графики русского языка сделано выдающимися деятелями культуры: кн. Е.Р. Дашковой, Н.М. Карамзиным, Д.Н. Ушаковым, Л.В. Щербой, С.И. Ожеговым, А.А. Реформатским, Н.Ю. Шведовой, А.И. Солженицыным и другими.

У российских граждан возникают проблемы с документами, если в их фамилии, имени, месте рождения в одних случаях буква Ё указана, а в других нет. Проблемы возникают при заполнении паспортов, свидетельств о рождении, оформлении наследства, транслитерации фамилий, передаче телеграмм и в ряде других случаев. Около 3 % граждан Российской Федерации имеют фамилии, имена или отчества, в которых содержится буква Ё, и нередко запись в паспорте оказывается искажённой. Причиной этого является несоблюдение установленного утверждёнными в 1956 году Правилами русской орфографии и пунктуации требования обязательно использовать букву Ё в случаях, когда возможно неправильное прочтение слова. Имена собственные (фамилии, имена, отчества, географические названия, названия организаций и предприятий) как раз и относятся к этому случаю. Поэтому применение буквы Ё в именах собственных должно быть бесспорным и обязательным. Из-за затруднений в идентификации людей и географических пунктов вследствие разницы в написании в различных документах одних и тех же имён собственных (фамилий, имён, географических названий, наименований предприятий и организаций) у граждан возникают серьёзные трудности при совершении юридических процедур, в особенности связанных с нотариальным удостоверением документов при оформлении наследства, сделок и в других случаях. Встречаются казусы, когда муж, жена и дети, имеющие де-факто одну и ту же фамилию, имеют паспорта, различающиеся тем, что у одного члена семьи буква Ё в фамилии напечатана, а у другого вместо Ё стоит Е. Таким образом, в собранном гражданином для заключения какой-либо сделки комплекте документов фактически одни и те же ФИО, названия населённых пунктов и улиц написаны по-разному. Всё это вызывает осложнения при оформлении приватизации жилья, вступлении в наследство, при разводе и других юридических операциях.

В связи с бурным развитием типографской деятельности в конце XIX в. буква Ё стала вытесняться из текстов похожей внешне, но совершенно другой буквой Е. Это явление имело экономическое обоснование: наличие буквы Ё вызывало при литерном или линотипном наборе дополнительные материальные затраты. Сейчас наличие в тексте буквы Ё при компьютерном наборе и вёрстке любым кеглем и гарнитурой к удорожанию печати не ведёт. Как показал опыт журналов “Народное образование”, “Вестник Российской Академии наук”, “Бухгалтерия и банки”, “Родина”; газет “Литературная газета”, “АиФ”, “Литература”, “Версия”, “Кировская правда”; издательств “Аванта +”, “Эксмо”, “Вербум-М”, “Республика” Москва; “Амфора”, “Вита-Нова”, “Норинт” – Санкт-Петербург и многих других на привыкание редакторов и корректоров исправлять пропуски этой буквы уходит 3–4 месяца.


Дополнительная информация

Разъяснение

В Постановлении Правительства РФ от 23.11.2006 № 714 “О порядке утверждения норм современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка РФ, правил русской орфографии и пунктуации” говорится: “В соответствии с частью 3 статьи 1 Федерального закона “О государственном языке Российской Федерации” Правительство РФ постановляет:

Установить, что Министерство образования и науки РФ: утверждает на основании рекомендаций Межведомственной комиссии по русскому языку список грамматик, словарей и справочников, содержащий нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка РФ, а также правила русской орфографии и пунктуации”.

Подписано: Председатель Правительства РФ М. Фрадков

Поэтому, в связи с вышеизложенным, игнорирование или отказ печатать букву Ё будет означать нарушение Федерального закона “О государственном языке Российской Федерации”. Подписан Президентом РФ В. Путиным 1 июня 2005 года, № 53-ФЗ.
Островой Сергей Григорьевич
""
""

Биография
Родился 24 августа (6 сентября) 1911 года в Новониколаевске (ныне Новосибирск) в семье служащего. В 1929 году, после окончания девяти классов, переехал в Томск, где устроился работать репортёром газеты «Красное знамя».
В 1931 году приехал в Москву, где работал в журнале «30 дней» и газете «Гудок».
Стихи начал регулярно публиковать в 1934 году (газеты «Комсомольская правда», «Пионерская правда», «Красная звезда»). Уже в 1935 году вышел сборник стихов-песен Острового, а в 1937 — «Стихи».
В июле 1941 года Островой добровольцем ушёл на фронт, прошёл войну рядовым.
Наибольшую славу приобрёл как поэт-песенник. На его стихи написаны такие песни, как «В путь-дорожку дальнюю», «Есть на Волге город», «Жди солдата», «Зима (Потолок ледяной…)», «Песня остаётся с человеком», «Солдатка» и др.
Вплоть до последних лет публиковал новые стихи в различных изданиях, в том числе в «Литературной газете».
Председатель Федерации тенниса РСФСР (1969—1988).
С. Г. Островой умер 3 декабря 2005 года. Похоронен в колумбарии Донского кладбища.

3 декабря День Памяти Великого Художника. 064 064

Живая вода

Шел пустыней знойной человек, однажды,
Он под желтым небом умирал от жажды,
А ему всего то, чтоб в живых остаться,
До глотка воды бы поскорей добраться,

А воды всё нету, а жара, всё суше,
Умирают реки, высыхают души,
Так в глухой пустыне, на краю рассвета,
Вырос новый холмик, пепельного цвета.

Если ты не хочешь, что бы я однажды,
С пересохшим сердцем умирал от жажды,
Если ты не хочешь, чтоб в песках разлуки,
Я упал, вот так же, простирая руки…

Не суши мне сердце не томи бедою,
Будь моей любовью, стань живой водою,
Будь моей любовью, будь моей любовью,
Будь моей любовью, будь живой водою.
064



Есть песня на это его стихотворение в исполнении Сябров http://1000plastinok.net/Syabry/Nashi_pesni_-_nasha_zhizn_2001/08-Zhivaya_voda.html


ОСТРОВОЙ СЕРГЕЙ ГРИГОРЬЕВИЧ
(6 сентября 1911 – 3 декабря 2005)

- известный российский поэт, журналист и публицист; многократный лауреат песенных конкурсов и фестивалей как поэт-песенник, лауреат Государственной премии РСФСР имени М. Горького (1983), автор более 25 поэтических сборников, председатель Федерации тенниса РСФСР (1969 — 1988).

Биографический очерк

Родился 24 августа (6 сентября) 1911 года в Новониколаевске (ныне Новосибирск) в семье служащего. В 1929 году, после окончания девяти классов, переехал в Томск, где устроился работать репортёром газеты «Красное знамя». В 1931 году приехал в Москву, где работал в журнале «30 дней» и газете «Гудок».

Стихи начал регулярно публиковать в 1934 году (газеты «Комсомольская правда», «Пионерская правда», «Красная звезда»). Уже в 1935 году вышел сборник стихов-песен Острового, а в 1937 — «Стихи». В июле 1941 года Островой добровольцем ушёл на фронт, прошёл войну рядовым. Наибольшую славу приобрёл как поэт-песенник. На его стихи написаны такие песни, как «В путь-дорожку дальнюю», «Есть на Волге город», «Жди солдата», «Зима (Потолок ледяной…)», «Песня авиаторов (Пора в путь-дорогу…)», «Песня остаётся с человеком», и др. Вплоть до последних лет публиковал новые стихи в различных изданиях, в том числе в «Литературной газете». Председатель Федерации тенниса РСФСР (1969 — 1988). С. Г. Островой умер 3 декабря 2005 года. Похоронен в колумбарии Донского кладбища.

Награды и премии
Государственная премия РСФСР имени М. Горького (1984) — за книгу лирики «Годы...»
орден Отечественной войны I степени
орден Отечественной войны II степени
орден Дружбы народов
орден «Знак Почёта»
(Источник – Википедия; http://ru.wikipedia.org/wiki/С._Островой)
***

Сергей ОСТРОВОЙ – знаковая фигура в русской поэзии фронтового поколения. Вдохновенные строки стихов поэта-патриота, которым присущи эмоциональность и музыкальность, исполнены широкого лирического дыхания и тёплой задушевности интонации. Его стихи явились тем творческим феноменом, который лежал в основе многих и многих любимых народом песен. Неустанное творческое горение, тесный контакт с носителями фольклорных традиций, вдохновенное служение пером высоким идеалам гуманизма принесли поэту широкое и заслуженное признание. Родина отметила военный и творческий подвиг поэта многими правительственными наградами, среди которых боевые ордена и медали, знаки трудового отличия: орден Отечественной войны II степени, орден Дружбы народов, орден «Знак Почёта». Сергей Островой – лауреат Государственной премии РСФСР имени А.М. Горького, автор многочисленных книг стихов и прозы. Поэт-фронтовик ушёл из жизни на 95-м году своего славного жизненного пути. С течением времени всё более высветляется и укрупняется фигура поэта-гражданина, отдавшего народу все силы души, возложившего на алтарь беззаветного служения русской литературе свою судьбу, отозвавшуюся колокольным резонансом в народе.
Имя Сергея Острового принадлежит России. Его творчество, отмеченное чеканом эпохи, остаётся современным и актуальным и в наши времена больших потрясений и больших ожиданий.

Исполком МСПС
На 88-м году жизни скончался Василий Васильевич НОВИКОВ. Лауреат Государственной премии СССР, литературовед, автор 20 книг по теории литературы и искусства. Его статьи публиковались на страницах «ЛГ». Предмет его исследований: творчество Чехова, Маяковского, Горького, Булгакова, Пильняка, Малышкина. Родом из Самарской губернии, он прошёл вместе со страной все этапы лихолетья. Вернувшись с фронтов Великой Отечественной войны, работал в «Правде», затем в Академии общественных наук. Светлая память о Василии Новикове сохранится в сердцах тех, кто знает и помнит его творчество.
(Источник - http://www.lgz.ru/archives/html_arch/lg512005/Polosy/6_8.htm)
***

Сергей Григорьевич Островой родился 6 сентября (24 августа) 1911 г. в Новониколаевске (ныне Новосибирск) в семье служащего. После окончания девятилетки в 1929 г. Островой переехал в Томск, где работал репортером в газете "Красное знамя", а затем в 1931 г. – в Москву. Был литературным консультантом журнала "30 дней", разъездным корреспондентом газеты "Гудок". Первый очерк Сергея Григорьевича появился в 1931 г. в газете "За коммунистическое просвещение". Регулярно начал печататься с 1934 г. в "Комсомольской правде", "Пионерской правде", "Красной звезде" и других газетах. В 1935 г. вышел его сборник песен, в 1937 г. изданы "Стихи".

В июле 1941 г. Островой ушел добровольцем на фронт. Начал войну рядовым бойцом под Вязьмой. В начале августа 1942 г. стал корреспондентом армейской газеты 31 армии "На врага". Дивизии армии вели оборонительные бои на Ржевском и Калининском направлениях. Майор Островой входил с передовыми частями в освобожденные Калинин, Старицу, Зубцов и десятки деревень Калининской области. Устами рядового бойца Григория Санникова в стихах "Думы-заботы Ивана Субботы" поэт говорит:

"Кто восславит нашу доблесть?
Не щадя солдатских сил,
Всю Калининскую область
Я ногами изучил."

Он воевал не только своими книгами, газетными заметками, стихами, но и обычным солдатским оружием: гранатой, противотанковой бутылкой, винтовкой. В январе 1942 г. в армейской газете была опубликована его заметка "Не бывать" о партизане из Зубцова Павле Волосатове. Летом 1942 г. Островой был ранен под Старицей и лечился в Чукавинском госпитале (Старицкий район). В 1944 г. опубликовал книгу военных стихов. В послевоенные годы Сергей Островой был частым гостем калининской земли. После одного из посещений пушкинских мест (Берново, Малинники) он написал стихотворение "Старица" .

Воздух шпилями распорот,
В каждой впадине – века...
Если Старица не город,
То и Волга не река.
….
Город был железом пытан,
Мечен был лихим врагом,
И батыевым копытом,
И фашистским сапогом.

Сергей Островой – автор стихов преимущественно гражданского, публицистического плана. Им выпущено более 30 книг, самые значительные из которых – "Я сегодня думал о вас"(1964), "Я иду по земле"(1973), "Избранные произведения в двух томах"(1978). В 1985-1987гг. издано трехтомное Собрание сочинений поэта. За сборник "Годы"(1984) поэт удостоен Государственной премии РСФСР им. М. Горького.

Особенно широко Островой известен как автор многих популярных песен ("Дрозды", "Жди солдата", "Сердечная песенка", "Песня остается с человеком" и др.). Награжден орденами Отечественной войны I и II степени, Дружбы народов, "Знак почета" и медалями.
(Источник - http://www.peoples.ru/art/music/poet/ostrovoy/)
***

Поэзия С. Острового

Мне равнодушный страшен, как чума.
Боюсь безгрешных. Гладеньких. Скользящих.
Молчащих. И всегда ненастоящих
Не смейте их пускать в свои дома.

Им все равно, какой сегодня век.
Какие там на Марсе Аэлиты.
Они живут, не поднимая век.
Глухие, как кладбищенские плиты.

А в это время умный мой народ
Мечту веков далеких сделал явью.
А эти - наблюдают. Эти - вброд.
По мелководью. И по мелкотравью.

Всё мимо них. И радость, и беда.
И зимний день. И с вешнею пыльцою.
У них в глазах стоячая вода
С холодною голубенькой гнильцою.

Такие ходят молча. Не спеша.
Апостолы с улыбкою немою.
А там, где помещается душа, -
У них дыра, наполненная тьмою.

Свет не пробьётся. Луч не зазвенит.
Всё там темно. И всё невозмутимо.
И тычутся тычинки о гранит.
И всё живое пролетает мимо.

О, я встречал их даже на войне.
Бездушных этих. Равнодушных этих.
Седые камни плавились в огне.
Земля кричала о погибших детях,

А этих - грела тёплая нора
И никогда им не бывало больно.
...Когда нам запрещали доктора,
- Мы уходили в роты добровольно.

Без почестей. Без выгод. Без похвал.
Иной судьбы тогда мы не просили.
Спроси меня: зачем я воевал!
Да разве я бы прожил без России!

А эти - жили. И сейчас живут.
И всё живое серой краской метят.
И глупого глупцом не назовут,
И умного как будто не заметят,

А если счастье рядом! Или грусть!
Чужое всё. И взгляд поглубже спрячут.
Не захохочут. Нет. И не заплачут.
И, отвернувшись, скажут: - Ну и пусть!

А нам-то что! А нам какое дело! -
И отойдут. И встанут в стороне.
Им всё равно, что красный цвет, что белый.
Попробуй их пронять. Они в броне.

Они одним себе принадлежат.
Зачем им остальные? Это много.
Но я-то знаю, как они дрожат,
Когда беда стоит у их порога.

Вот тут они естественны. Вполне,
И маску прочь. И не пропустят мимо.
Получат всё, что им необходимо,
И каменно застынут в стороне.

А рядом замерзает человек.
Уже его метели отпевают.
- Откройте дверь!
Но дверь не открывают.

Здесь путника не пустят на ночлег.
А вот ещё: я слышал ночью крик.
На помощь звали: - Доктор, помогите!
Но доктор спит. Он сны смотреть привык.

Не трогайте его. И не будите.
А ты, поэт, певец своей норы,
На мир смотрящий из глухих отдушин,
Играющий в кубы или в шары.

Ты в сущности-то к людям равнодушен.
Я всех вас знаю. Каждый мне знаком.
Всё под замок: и радость, и тревогу.
А вы хоть раз ходили босиком,

Чтоб кожею почувствовать дорогу?!
А вы кого любили? Кто ваш враг?
Какой вы предпочтете род оружия?
Вы - кто забыть любой готовы флаг,
Прикрывшись белым флагом равнодушия.
***

Оттого, что я жить без тебя не могу,-
Я пишу твое имя лучом на снегу.
На граните горы. На холсте высоты.
В каждом промельке света мне видишься ты.
Я цветами пишу. Ты ведь любишь цветы.
Это все для тебя. Это ты. Это ты.
Вот мелькнул в непогоду просвет голубой,
Это небо сейчас улыбнулось тобой.
Вот сады захмелели, рассветом знобя.
Это все для тебя. Для тебя. Для тебя.
Ты во всем. Ты всегда. Ты везде на земле.
На траве. На снегу. На свету и во мгле.
Я бегу к тебе, сердцем крича на бегу:
-Не могу без тебя. Не могу...Не могу...
***
(Источник - http://ppgsf76.narod.ru/new_page_38.htm)
***

Закон долголетия
(Статья)

Сергей Островой никогда не приукрашал действительность, за исключением стихов к красным дням календаря. Старейшему поэту-песеннику Сергею Островому исполнилось 90 лет. За почти 70 лет творческой деятельности он выпустил с полсотни книжек, суммарный тираж которых невозможно подсчитать. Его "Песня остаётся с человеком", "В путь-дорожку дальнюю", "У деревни Крюково", "Дрозды", "Потолок ледяной, дверь скрипучая" и другие остаются с нами и по сей день. В зените славы к нему ежедневно приходило до 50 писем с нотами от неизвестных композиторов, сложивших песни на его стихи. Подтверждая законы сибирского долголетия, он, тем не менее, бережно относится к своему здоровью: соблюдает режим дня, курить бросил ещё в 30-летнем возрасте, занимается спортом и не утратил интерес к жизни.
С Сергеем Островым беседует наш корреспондент Анатолий Стародубец.

– Сергей Григорьевич, тот факт, что вы родились ещё в царской Сибири, как-то повлиял на вашу жизнь?
– Конечно. В Сибири ведь особый кодекс чести. Когда я был маленьким, в нашем доме двери никогда не запирались. Воровство считалось тягчайшим преступлением. В наших краях жили разные люди, встречались и подлецы, и воры, но их было так мало, что они на жизнь нашу никак не влияли. Потом в других краях мне всегда не хватало студёной сибирской чести, студёной чистоты. В высоком смысле этих слов.

– Какой вам запомнилась Гражданская война?
– В начале Гражданской мне было семь лет, но я уже всё понимал. Тогда в нашем городе, теперешнем Новосибирске, власть менялась часто: то белые придут, то красные. Помню, когда в очередной раз появились белые байкальские казаки, они были пьяные и разгульные. Тогда отец лёг спать головой к двери: когда будут врываться, первым делом стукнут его по голове и он проснётся. Другое страшное воспоминание связано с эпидемией сыпного тифа: бесчисленные мёртвые тела увязывают на санях верёвками, как хворост, и вереницы таких саней тянутся за город. Для детской психики это зрелище было сильнейшим потрясением.

– Ваша семья имела возможность дать вам хорошее образование?
– Мои родители всю жизнь оставались полуграмотными. Отец был охотоведом, мама – домохозяйкой. В нашем доме не было ни одной книжки. К моему увлечению литературой семья относилась презрительно. Читать библиотечные книжки удавалось тайком, по ночам, при свечке. От этого к 14 годам моё зрение непоправимо испортилось. А вот со школьными товарищами повезло – подобралась компания эдаких юных интеллектуалов. Я печатал заметки в городской газете "Юный ленинец", которую редактировал ссыльный венгр Миша Кун. Это обстоятельство помогло мне, когда в 16 лет я ушёл из дому, не поладив с отцом. Почти без денег я оказался в Томске, где попросился репортёром в местную газету. Мне дали первое задание: описать ход соцсоревнования на маслозаводе. Я сделал об этом статью и три дня ждал публикации. Вышло 4 строчки без подписи. Так я начинал.

– А как вы стали песенником?
– В 1934 году, когда я уже работал в московской газете "Гудок", мои стихи "Наливались тополи" получили 2 премии на конкурсе военно-комсомольской песни. Сразу два композитора – Николай Мясковский и Володя Фэре – написали песни на этот мой текст. Жюри, состоявшее из лучших поэтов страны, возглавлял Демьян Бедный. Я получил тогда 4 тысячи рублей премии – огромные деньги в ту пору. Сразу всё забросил и занялся только творчеством.

– Какие нравы тогда царили среди московских поэтов?
– Не могу сказать, чтобы откровенно брали за горло. Как-то Константин Симонов мне сказал, что страшно завидует поэтам, пишущим песни. "Это такое счастье, когда ты слышишь, как люди произносят твои слова. Это ни с чем не сравнить". Я работал и дружил в основном с композиторами. Дунаевский, Хачатурян, Мурадели, Соловьёв-Седой, Мокроусов, Блантер – все самые лучшие того времени. С Фэре мы полгода провели в командировке на Дальнем Востоке в армии Блюхера, написали 12 песен на воинскую тематику. Блюхеру особенно понравилась "Мы Советское Приморье никому не отдадим". Бывая в Москве, после этого нередко мне звонил. После его расстрела я чудом избежал преследования.

– Ваше тяготение к жанру сказки – это попытка уйти от неприглядной действительности?
– Нет. С действительностью я дружен. Никогда не приукрашал её, за исключением стихов к красным дням календаря. Тогда всем надлежало "молотить". Но я старался писать человеческие стихи, чтобы они брали за душу, согревали людей. На мою поэму "Мать", напечатанную в "Правде", пришло около 10 тысяч писем-откликов. Сейчас такого читательского интереса к поэтам нет. Слышал, даже Евтушенко издал книгу за свой счёт. Это при его-то популярности. Ради моего юбилея мой друг Сергей Михалков настоял, чтобы "Советский писатель" выпустил книгу моих стихов. Тираж вот такусенький, но хоть так.

– Критики отмечали неизменное "душевное здоровье" вашей поэзии. Довольно редкое явление среди поэтов. Вас никогда не тянуло подекаденствовать?
– У меня до сих пор сохранилось это "душевное здоровье", потому что я всегда писал честно и никому не завидовал. Я понимал: то, что я умею, не умеют другие, а то, что умеют другие, – не умею я. Эта мысль приносит спокойствие. А если ты внутренне спокоен, у тебя может многое получиться. Мой трёхтомник, вышедший в 85-м году, насчитывает более 30 тысяч строк. У меня просто не было времени на декаденство. А физическое здоровье мне всегда давал спорт. Я исходил на лыжах всё Подмосковье. По этому поводу у меня есть такие строки: "Лыжи – вот моя поликлиника. /Сосны – вот мои доктора". До сих пор играю в большой теннис. В семидесятые годы даже был президентом теннисной федерации России.

– Какие взаимоотношения в ваше время были у поэтов с исполнителями?
– С ними в основном работали композиторы. Мой голос был совещательным. Так, Аркаша Островский нашёл малоизвестного тогда Кобзона и тот "крестил" нашу песню "Через годы". Так же было и с Геной Беловым, спевшим "Вы слыхали, как поют дрозды". Например, я был против, чтобы песню "У деревни Крюково" Марк Фрадкин отдал ансамблю "Самоцветы", а композитор всё же настоял на своём. И оказался прав. Никто лучше её не спел. Ханок положил на музыку мои стихи "Зима" без моего ведома. И в исполнении Эдуарда Хиля песня стала популярной. Мы с Ханком потом написали ещё несколько песен. Но у них уже такой звёздной судьбы не было. Никогда не знаешь, "пойдёт" песня или нет. Она живёт по своим непостижимым законам. Тут ни просчитать наперёд, ни угадать невозможно.

– Вас не зовут поработать для нынешней эстрады?
– Меня сейчас никуда не зовут. Хотя я продолжаю ежедневно работать, и мой стол заполнен новыми стихами. Не той дешёвкой, что льётся с экранов ТВ и радиоэфира, которую сами пишут и сами поют. Песенная поэзия в России никогда так не деградировала, как в последние годы.

Недавно ребята-эстрадники из команды Игоря Крутого вернулись из Америки, где давали концерт русской советской песни. Рассказывали, что когда пели: "Через годы, через расстояния,
На любой дороге, в стороне любой
Песне ты не скажешь: до свиданья! Песня не прощается с тобой",
так зал как один встал и стоя слушал. Вот такие моменты согревают сердце и помогают жить.

(Источник - http://www.peoples.ru/art/music/poet/ostrovoy/interview.html)

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика